Поза расслабленная, вальяжная, ноги расставлены, руки на подлокотниках.
Молчим.
Чай вкусный. Я только сейчас понимаю, как хочу пить.
- Зачем? – вдруг спрашивает он.
- Что зачем?
- Самопознание через саморазрушение? Или бессмысленное самоуничтожение? – спрашивает он и переводит взгляд на фото Димки на тумбе, словно задаёт этот вопрос ему. Он не ответит… Задумываюсь, продолжая пить чай, а Доронин терпеливо ждёт ответа.
- Саморазрушение - как путь к свободе, - наконец, нахожу нужные слова.
- К свободе от чего?
Молчу, допивая чай, отставляя бокал на тумбе.
Ответа ему знать не нужно и заглядывать так глубоко в меня - тоже. Ложусь на кровать, укрываюсь одеялом и закрываю глаза. Через несколько минут слышу, как Захар поднимается с кресла, забирает с тумбы пустой бокал и выключает светильник.
- Свобода - всего лишь красивое слово, означающее, что терять уже нечего, - произносит он перед тем, как покинуть мою комнату.
- Я знаю, - отвечаю уже в пустую темноту и засыпаю.
ГЛАВА 10
Захар
Моя проблема в том, что я люблю заглядывать женщинам в души и вытаскивать все, что болит, наружу.
Мне важна не только обертка, но и содержание. Хотя было бы гораздо легче найти себе красивую куклу, иметь ее во все дыры и обвешивать цацками, щедро сыпля деньгами. Но меня это не заводит. Меня возбуждает содержание. И чем оно болезненнее, тем больше во мне азарта и интереса. Все мои женщины больны так же, как и я.
Паркую машину возле детской площадки во дворе жилого комплекса.
Оглядываюсь. Неплохо: новые высотки, удобная и главное безопасная детская площадка, охрана территории. Аверин старается. Боится потерять девочек. И это, наверное, правильно. Женщина всегда должна быть одной ногой на пороге, чтобы мужчина понимал, что каждую минуту может ее потерять, и дорожил ей.
Набираю номер Татьяны.
- Да, Захар? Ты уже подъехал? – отвечает мне бывшая жена.
Таня. Достойная женщина. Красивая, утонченная, милая, спокойная, теплая, семейная - я могу перечислить еще тысячу эпитетов.
Она тоже была больна и разбита. Больна любовью. Неизлечимая болезнь. Можно заглушить ее, найти лекарство, пройти терапию, но в любой момент болезнь способна вернуться. Рецидивы самые страшные. И вот тут стоит выбор: либо ты признаешь болезнь и окунаешься в нее с головой, либо ампутируешь.
Я ее не любил. Но в свое оправдание скажу: я не любил ни одну женщину. Любовь эфемерна. Мимолетна, недолговечна, ее практически нет, это иллюзия.
