– То есть ты мне отказываешь?
– Да, отказываю.
– Я могу узнать, почему?
– Можешь. – Она вздохнула, словно переводила дыхание. – Вчера я уже все тебе сказала. Мне надоело быть матерью. И потом, я не хочу ломать свою жизнь.
– Но почему, Катюша, ради бога, почему? – чуть не закричал Николай. – Почему выйти за меня замуж означает сломать свою жизнь? Что такого ужасного я тебе предлагаю? Я хочу, чтобы ты ушла от Дусика и уехала со мной в Штаты, где живет моя сестра с мужем. Почему это означает, что твоя жизнь будет сломана? Твоя жизнь останется точно такой же, как сейчас.
Ты будешь сидеть дома, читать книжки, смотреть видик, гулять."
"– Если я выйду за тебя замуж, мне придется идти работать, чтобы содержать свою семью. Ты забыл, что у меня большая семья? Ты забыл, что у меня мать – инвалид, и пятеро братьев и сестер, и отец, который вот уже двадцать лет продыху не знает от тяжелой работы? Тебе удобно этого не помнить, потому что это не твоя семья и не твоя боль. Ты знаешь, сколько денег нужно на то, чтобы их содержать? Когда мои добрые доверчивые родители нас всех рожали, была еще советская власть и многодетная семья могла хоть на что-то рассчитывать, хоть на какую-то помощь со стороны государства, тем более что отец вкалывал на Севере, получал всякие надбавки, мама тоже не планировала получить инвалидность, она работала в парикмахерской, была первоклассной мастерицей, к ней со всего города ездили дамочки голову делать, за месяц записывались.
Конечно, платили они ей по личной таксе и не через кассу, и нам должно было хватать.
А что получилось? Я хочу, чтобы мои родители жили достойной жизнью, а мои братья и сестры получили такое образование, которое вытащит их из нищеты. Поэтому я не допущу, чтобы они шли работать, окончив школу. Они обязательно во что-нибудь впутаются, потому что не умеют пока бороться с соблазнами. Но для того чтобы они учились, а не охраняли коммерческие палатки по ночам, я должна жить здесь, а не в Штатах, и с Дусиком, а не с тобой.
– Сколько денег он дает тебе на семью?
– Две тысячи долларов каждый месяц.
Две тысячи! У него аж дыхание перехватило. Такую сумму он, конечно, не потянет. Катя права, он не сможет обеспечить ей такой уровень, какой обеспечивает этот омерзительный Дусик.
– Но ведь ты его не любишь, – продолжал упрямо Николай, все еще надеясь поколебать ее твердость.
– Не люблю, – легко согласилась Катя. – Но это ничего не означает. Я и тебя не люблю пока.
