Документального подтверждения этому получить не мог, так как никаких документов не существовало, а знать хотелось. Вот только зачем? Или Боровской не мог терпеть неопределенности? Или у него что-то другое на уме? «Непонятка». Но раз Боровской хочет получить определенность, он ее получит. Продолжая работать, Кулагин оценил противника. Крепкий, молодой, лет двадцати семи – тридцати, с военной выправкой. Держится уверенно, непринужденно, значит, навыками рукопашного боя владеет. Но зачем выставил напоказ кобуру? Стрелять он наверняка при любом раскладе не станет.
Не тот случай. Ствол как элемент устрашения? Но Боровской должен понимать, для того, кто служил в спецназе или проходил подготовку для этой службы, ствол в ближнем бою только помеха. Но, с другой стороны, оружие произведет впечатление на того, кто к спецназу отношения не имел. Ладно, черт с ним, Боровским, гадать, что у него в голове, бессмысленно. Хочет получить определенность, ради бога.
Кулагин собрался, он был готов к прямому столкновению с человеком, истуканом стоявшим посреди аллеи, продолжал так же размеренно мести плитку, приближаясь к нему.
Подойдя вплотную, резко выпрямился:
– Молодой человек, вам не кажется, что вы мешаете мне?
Охранник, а это был явно человек из охраны, третий из тех, кто находился в подчинении Боровского, посмотрел на свои полуботинки.
– Ты запылил мне обувь, мужик!
– Так отойдите в сторону.
– Без проблем, но сначала ты, дворник, протрешь мне туфли. Носовой платок имеешь?
Кулагин взглянул в наглые глаза охранника:
– А не пошел бы ты на… чучело ряженое?
– Во как? Дворник борзеет.
Ты кого послал, придурок?
– Тебя, чучело, или глухой?
– Зря ты так, мужик, мог бы и дальше работать, – притворно вздохнул охранник.
– А ты мог бы и дальше спокойно служить.
– Ну ты…
Договорить парень не успел. Перехватив метлу, Кулагин черенком нанес ему удар в промежность и, когда охранник охнул от боли и неожиданности, вырвал из кобуры пистолет, оказавшийся боевым «ПМ», приставил ствол ко лбу схватившегося за мужское достоинство незадачливого бойца:
– Ну что, чучело, будешь и дальше настаивать, чтобы я протер тебе ботинки?
– Ты… ты… – Охранника перекосило от боли, и ствол неприятным холодом давил на лоб.
– Запомни, чучело, – проговорил Павел, – в следующий раз, чтобы серьезно не навредить здоровью, обходи меня стороной, уяснил?
Охранник что-то промычал.
– Уяснил. Ну, тогда отдохни немного.
Павел ударил парня рукояткой по голове, и тот, потеряв сознание, рухнул на газон.
