И тотчас пожалела об этом, потому что Якимов, будто почуяв что-то, дернулся ко мне, перехватывая уже поднесенную к моим губам руку с ампулой.
– Вы что?! – бешеный окрик Якимова выдал крайнее его волнение – он действительно не ждал такого от меня, и презрительной холодности в его голосе как не бывало.
Он сжимал мою истерзанную руку с такой силой, что ампула выпала, покатилась по полу и вскоре была раздавлена каблуком Якимова. Он втаптывал ее в пол с остервенением, будто это была ядовитая змея.
Я уже не сдерживалась, а отчаянно рыдала, пытаясь высвободить руку и понимая, что Якимов только что растоптал мою последнюю надежду повлиять на происходящее хоть как-то.
– Зачем?! – Якимов несколько остыл, но голос его выдавал, что он не понимает ни ситуации, ни моих мотивов. Он даже руку мою отпустил. – Что вам за дело до Шувалова? Откуда такая верность? Лучше бы о женихе своем подумали… или он тоже в курсе ваших дел с англичанами?
Якимов спросил это вполне серьезно, ловя взглядом каждое движение моих глаз.
Я же только вымолвила сквозь слезы:
– Ка… какими англичанами?…
Не сразу разгадав суть его фразы, я глядела теперь на Якимова в полном замешательстве. Он что, предполагает, что я работаю на англичан?
Снова стало слышно, как капает вода с потолка.
– Вы актриса, Лидия Гавриловна, – хмыкнул наконец Якимов, – я чуть было не поверил, что вы и правда способны отравиться.
Потом он повернулся к помощникам и жестом велел им оставить нас одних.
– Лидия Гавриловна, – продолжил он, когда закрылась дверь, – вам нет смысла лгать: ваших подельников в Петербурге давно арестовали, и шифры, которые вы отправляете им вот уже три месяца, получали мои люди.
В них содержались сведения, которые никто не мог знать, кроме вас. Никто. Я о поисках Сорокина.
«Три месяца… – думала я, – действительно, даже Кошкин начал работать со мной всего пару недель назад».
– И все же это была не я, – ответила я, смелея еще больше.
Впрочем, я понимала, что Якимов мне не верит.
– А кто, по-вашему? – полушутливо посоветовался он. – С кем еще вы делились вашими соображениями?"
"– Вероятно, вам очень хочется, чтобы английской шпионкой оказалась именно я?
На лице Якимова снова мелькнула тень сомнения, но он быстро справился с собой и уверенно ответил:
– Не вы, а граф Шувалов. Вы – маленькая глупая девочка, которую он бесстыдно использует.
– Вот как?!
Совершенно не к месту, но ситуация стала забавлять меня.
