Жанна Ивановна, все в порядке?
Баренцева уставилась невидяще на ближайший дом, весь в огромных, как гнезда аиста, тарелках-антеннах.
– Не могу сообразить, – виновато сказала она.
– Что?
– Что-то еще с машиной… не пойму, что такое. Уже все вещи в памяти перебрала по два раза, а все равно как будто какую-то важную забыла. Даже сосредоточиться не могу…
– Бывает, воспоминания приходят с запозданием, – утешил ее Макар. – Если вспомните, скажите нам.
Они пошли к обочине.
Баренцев остался возле «Ауди», сунув руки в карманы.
Перчатки он снял, а шапочку забыл, и выглядел нелепым и одновременно покинутым, как ребенок-переросток, которого бросили в бассейне родители.
– Юрий Алексеевич, – окликнул Илюшин, обернувшись.
Жанна уже дошла до своей машины и дала волю слезам. Бабкин был на полпути к остановке. Баренцев не двинулся с места.
Макар, поколебавшись, вернулся к Юрию.
– Не могу ее здесь оставить, – недоуменно проговорил тот, когда Илюшин оказался рядом. – Вроде бы все понятно, это просто дорогостоящая груда железа.
Почему у меня такое чувство, будто я бросаю старую собаку?
– Юрий Алексеевич, надо ехать, – мягко сказал Макар. – За машиной с минуты на минуту приедет эвакуатор. Жанна вас ждет.
Баренцев со вздохом подчинился. Илюшин видел, как он добрёл, шаркая, до серебристой «Тойоты», забрался внутрь. Хлопнула дверца. Жанна уткнулась Юрию в плечо.
Сергей шел к остановке и думал: Макар догадался привезти родственников. А я бы догадался? Если бы я был один? Да, наверное. А может быть, и нет, теперь уже не проверить.
И неясно, поможет ли чем-нибудь исчезновение коврика и ножниц, имеет ли это какой-то смысл; вряд ли, скорее всего, просто совпадение, но ведь дело-то не в этом. Ему, Бабкину, хватило заверений оперативника, что все на месте. Само собой, раз золотой крестик и деньги остались, какие еще могут быть вопросы!
А вот могут.
У Илюшина они возникли.
Он добрел до остановки, исписанной подростками, постоял под мутноватым куполом из оргстекла, сунув руки в карманы. Вокруг никого не было.
Всех пассажиров увез автобус. Возле черной глыбы «Тахо» Илюшин крутил головой – высматривал камеры на фонарных столбах. Или птиц высматривал, бог его знает.
Сергей вернулся обратно.
– Надо доехать до станции, осмотреться.
Заборы-березы-заборы-березы. За березами снова заборы. За окном проплывали коттеджи, гаражи, столбы и летние дачи. Когда впереди показалась железнодорожная линия, Илюшин хмуро сказал: «Ага».
– Что – ага?
– Здесь есть парковка, вот что.
