Это Бабкин и сам видел. Они предположили, что Баренцева бросила машину, чтобы уехать на поезде. Но отчего она не подъехала к станции? Зачем шла пешком с тяжелой сумкой, в неудобной обуви, по пыльной обочине, где под каблук, того гляди, подвернется камешек, а справа окатят из лужи проносящиеся мимо лихачи?
Мимо них к надземному переходу потянулись люди с баулами.
– Скоро поезд, – сказал Илюшин. – Ответь мне, если ей нужна была станция, отчего она не подъехала прямо сюда?
– Ну, допустим, объяснение можно придумать.
Скажем, Баренцева из тех пугливых водителей, которые боятся не найти парковку. Им проще встать там, где гарантированно есть место, и оттуда идти пешком.
Илюшин хмыкнул.
– У меня сложилось впечатление, что Баренцева из тех людей, которые скорее въедут на переход, чем пойдут куда-то пешком. Не забывай, она была в туфлях. Ты потащился бы по этой обочине, которую развезло после дождя?
Точно. Еще ведь и дождь."
"– Там кое-где дорожка просматривается в траве, – буркнул Сергей.
– Именно просматривается, – поддакнул Илюшин.
Под объявление о скором прибытии поезда они побродили вокруг станции, дошли до касс. Совсем маленькая станция, всего две платформы.
– Что на той стороне?
– Алабушевское кладбище и что-то вроде промзоны, – ответил, не задумываясь, Бабкин, внимательно изучивший карту окрестностей. – Хочешь, доедем, посмотрим? Ты думаешь, Баренцева перешла пешком на другую сторону?
Макар покачал головой.
– Свяжись, пожалуйста, с Татаровым.
Если в Алабушеве есть работающие камеры, надо снова проглядеть записи. Только теперь ищем не «Ауди», а женщину, идущую пешком.
11
Ни «Ауди», ни идущей пешком женщины, – никого. Баренцева исчезла среди бела дня, словно даже не выходила из машины, а растворилась внутри вместе с ножницами и ковриком. Сергей увеличил радиус поиска и обошел те дома, в которые не заглядывал оперативник; он потратил на опрос свидетелей четыре часа и не получил ни одной, даже малюсенькой зацепки. Светловолосой женщины с сумкой никто не видел.
Если Бабкин, оказавшись во дворе, замечал прислоненный к стене велосипед, он просил позвать детей. Дети гоняют повсюду, наплевав на запреты взрослых. Они могли что-то углядеть. Но и владельцам велосипедов тоже нечего было ему сказать.
Илюшин вместе с оперативником в четыре глаза изучили запись с камеры наблюдения над платформой. Их, как и Сергея, ждала неудача. Оксана не появлялась на станции. Не уезжала на поезде.
