Но оказалось, что можно.
Потому что через две недели после отъезда Ника у меня не начались месячные, которые с четырнадцати лет шли как часы, не давая ни единого сбоя.
Но это ведь не может быть беременность, правда? Просто у меня сбился цикл, я перенервничала, это нормально, такое у всех бывает…
Я уговаривала себя не психовать раньше времени, приводила миллион разных аргументов, а в голове красной сигнальной лампочкой горела только одна мысль: я ведь так и не выпила таблетку, о которой говорил Ник. Я забыла, замоталась, перестала про это думать, а теперь…Господи, нет, нет, нет! Пожалуйста, только не это! Я не готова к ребёнку! У меня нет денег, своего дома, работы, а самое главное, у меня нет Ника.
Без него все в жизни потеряло смысл. Я даже камеру не брала в руки с того дня, как он уехал.
Я сидела на кровати, обхватив колени, и собиралась с духом. Нужно было выйти из дома, дойти до аптеки, купить тест и сделать его. Звучало легко, но кто бы знал, как страшно мне было. И даже совета спросить не у кого.
Мама сразу отпадала. Оля… Можно было, наверное, позвонить ей, но не хотелось лишний раз тревожить — пусть восстанавливается после тех ужасных событий.
Так что поддержки я могла ожидать только от себя самой, поэтому я собрала в кулак остатки силы воли и пошла пешком в аптеку, до которой было пару километров. И когда я уже выходила оттуда с полным рюкзаком тестов разной степени точности (взгляд фармацевта был при этом очень сочувствующим), мне вдруг позвонил… Влад.
— Привет.
— Привет, — вяло отозвалась я.
— А ты куда пропал?
— На соревнования уезжал.
— Я не знала.
— Я тебе говорил.
— Да? Прости.
Мы помолчали.
— Я приеду? — рубанул с плеча Влад.
— Приезжай, — равнодушно разрешила я.
— Я тут рядом, ты дома?
— Нет, но скоро буду.
Мы встретились прямо возле нашего дома и вместе пошли в сад.
— Ты как? — хрипло спросил Влад, с искренней озабоченностью разглядывая мое лицо.
— Плохо, — я не видела смысла скрывать очевидное.
— Из-за Яворского?
— В том числе.
Влад посмотрел на меня, потом на облетевшие яблони, на небо, снова на меня и сухо сообщил:
— Ник послезавтра возвращается.
Просил передать тебе.
— Что? — мне стало резко не хватать воздуха, и я так сильно рванула молнию на куртке, что замок зацепился за ткань, и его заклинило. — Но его папа…
— Его отец не знает, — Влад подошёл, опустился передо мной на корточки и начал спокойно приводить в порядок молнию. — Ник просил передать это лично тебе. Что он приедет и все объяснит.
