Его словам, его рукам, его поцелуям… Но ведь, если и правда любит, он же не сдастся после одной неудачной попытки? Снова придет. И снова поцелует. И снова скажет. И тогда я… отвечу. И мы попробуем быть вместе.
Господи, звучит, как сказка! Неужели это все может быть реальностью?
Я засыпала с этими мыслями, а когда проснулась, меня ждало короткое сообщение от Ника, упавшее мне на телефон где-то посреди ночи.
«Малыш, мне надо уехать. Скорее всего надолго. Потом объясню. Все будет хорошо»
Чего?!
Я перечитала эти несколько предложений на три раза, но все равно ничего не поняла.
Когда он уезжает и куда? А главное, зачем? И почему нельзя сказать мне лично? Это какая-то тайна?
Я подскочила, оделась и побежала к комнате Ника. Дверь была нараспашку, а в комнате все лежало в беспорядке, как будто кто-то очень быстро собирался. Ноутбука — серебристого прямоугольника, в котором у Ника заключалась вся жизнь — на столе не было. Он что, реально уехал? Вот так взял и уехал?
Я растерянно опустилась на его кровать и, повинуясь внезапному порыву, прижалась лицом к подушке, которая еще хранила его запах.
Острый, пряный, мужской, с едва уловимыми нотками сигаретного дыма и парфюма. Родной и знакомый до такой степени, что тело тут же откликнулось на него сладким томлением.
Уехал. Надолго. Но почему? Неужели из-за того, что я ляпнула про кольцо? Но я ведь просто пошутила! И уж Ник-то должен был это понимать, как никто другой!
Я вернулась к себе в комнату и, поколебавшись, набрала его номер.
«Телефон абонента выключен или находится вне зоны действия сети»
Серьезно? Мало того, что уехал, так еще и телефон отключил? Да он совсем охренел что ли?!
Я спустилась вниз и увидела дядю Славу, который с мрачным выражением лица возился с кофемашиной.
— Доброе утро, — скороговоркой выпалила я. — А вы не знаете, где Ник?
Он едва не выронил чашку с кофе. А потом повернулся ко мне и каким-то очень странным голосом сказал:
— Не переживай, Алиса. Он уехал.
— Куда уехал? — с отчаянием воскликнула я.
— Неважно.
— Надолго?
— Навсегда, — жестко сказал дядя Слава и снова повернулся к своему кофе. Сделал несколько глотков и, не глядя на меня, глухо сказал: — Я все знаю.
— Что «все»?
— Про Ника. И тебя.
У меня кровь отхлынула от лица, и стало вдруг так дурно, что я едва не упала в обморок.
— Вы… но… откуда? — пролепетала я.
— Случайность, — сухо сказал он. А потом коротко добавил: — Я в бешенстве.
Я стояла ни жива ни мертва.
