Кто-то поднял Вив на руки и переложил на жесткую кровать. Вокруг громко говорили и топали, возвращая девушку в реальность и заставляя чувствовать тупую ноющую боль в голове, в руках, в ногах…
– Надо же, какая слабая, – услышала Вивьен над своей головой. – Дерево ньянг не должно было повлиять настолько быстро. Вы уверены, что она – сильная магичка?
– Я уверен, что еще немного, и она станет мертвой магичкой, – спокойно ответил королю сирт Хьюз. – И тогда нам ничего не останется, как сделать из девицы ту самую мученицу в глазах недовольного населения.
– Да, положение не очень хорошее, – грустно согласился с сиртом король. – А вы что скажете, Маркус?
Какое-то время в помещении была тишина, а затем раздался насмешливый мужской голос:
– Скажу, что недовольным давно пора показать, насколько вы щедры и великодушны, ваше величество. И это странное создание, совсем не тянущее на зачинщицу даже самого крошечного заговора, может оказаться действительно полезным в нашем деле. Тот, кто подослал ее к нам, – это не последователь Генриетты.
Ибо им бунты против вас на руку… Однако, прежде чем продолжать говорить с девушкой и выдвигать новые теории о ее мотивах, необходимо выслушать клятву верности королю и показать светлейшую лекарю. А там посмотрим…
Вивьен затаила дыхание, прислушиваясь к ответу короля. Тот молчал недолго, но даже эта пара секунд показалась девушке вечностью.
– Да будет так, – произнес, наконец, его величество, – ибо великодушие мое действительно не имеет границ.
Дрейк Брукс
Он очнулся дома. В квартире стоял настоящий погром, и почти сразу Дрейк вспомнил, как был здесь последний раз.
Во глотке полисмага пересохло, потому крик, вырвавшийся оттуда, вышел сдавленным, хриплым:
– Вивьен!
Никто не отозвался.
Только в голове загрохотало, отдаваясь раскатами грома то в виски, то в затылок.
Дрейк выругался про себя и стал подниматься. Удалось это не сразу – его буквально придавливало назад, к кровати. Хотелось упасть на подушку и снова видеть сны о детстве, где он с мальчишками гонял по дворам, играя в разбойников, а мать звала его домой, угрожая посадить на голодный паек в случае непослушания.
Там она была реальной, улыбалась и гладила по голове, с умилением глядя на единственного отпрыска, уплетающего пироги с капустой. Это потом матери не стало, и Дрейк узнал, что голодный паек действительно существует…
– Вивьен, – снова прохрипел он, стряхивая с себя наваждение и рывком поднимаясь с постели.
