Она видела это в глазах Аробинна, поскольку он наблюдал за тем, как королева и принц держались за руки, несмотря на все ужасы вокруг них.
Лисандра скользнула рукой под подушку, взглянув украдкой на него, прижимаясь к нему. Он не пошевелился: его дыхание осталось глубоким и ровным. У него никогда не было проблем со сном. В ночь, когда он убил Уэсли, он спал как убитый, не зная о том, что даже ее железная воля не смогла сдерживать ее бесшумные слезы. Она найдет свою любовь снова – однажды. И это будет так глубоко, безжалостно и неожиданно, началом, концом и вечностью, то, что сможет изменить историю, изменить мир.
Рукоять стилета была прохладной в ее руке, когда Лисандра нагнулась над ним, не более чем спящая и она занесла нож. Молния сверкнула на лезвии, как капелька ртути. За Уэсли, за Саэма, за Аэлину. И за себя. За ребенка, которым она была, за семнадцатилетнюю себя в ночь торгов, за женщину которой она стала, за ее разбитое сердце, за ее никому невидимые кровоточащие раны.
Это было так легко, сесть и провести ножом поперек горла Аробинна.
Глава 45
Человек, привязанный к столу закричал, когда демон пробежал своими руками вниз по его голой груди, его ногти раздирали и оставляли кровь на своем пути.
Слушай его, - зашипел демон-принц. - Слушай музыку, которую он создает.
За столом, человек, который, как правило, сидел на стеклянном троне сказал :
- Где скрываются повстанцы?
- Я не знаю! Я не знаю! - вскрикнул мужчина.
Демон пробежался вторым ногтем вниз по груди человека. Везде была кровь.
Не унижайся, бесхребетный зверь. Наблюдай. Наслаждайся.
Тело – тело, которое, возможно, однажды принадлежало ему – полностью предало его.
Демон схватил его крепко, заставив смотреть, как его собственные руки вцепились в жестоко выглядевшее устройство и, установив его на лицо человека, начал затягивать.
- Ответь мне, мятежник, - сказал венценосец.
Человек завопил, когда маску затянули.
Он мог начать кричать, тоже – возможно начать просить демона остановиться.
Трус – этот человек трус. Ты не вкусил его боль, его страх?
Если бы мог демон засунул каждую частичку восторга, что он чувствовал, в него.
Если бы его могло вырвать, то его бы уже вырвало. Здесь не было ничего подобного. Здесь не было никакого спасения.
- Пожалуйста, - человек на столе умолял.
Пожалуйста!
Но его руки не остановились.
И человек перешел на крик.
