Ни один из охранников не помог ей встать.
Она шипела, сжимая лодыжку, выигрывая столько времени, сколько она могла, ее сердце стучало-стучало-стучало.
И тут дверь приоткрылась.
***
Манона смотрела, как Элиду снова и снова рвало.
Стражница Черноклювых нашела ее, свернувшуюся в клубок в углу одной из прихожих, дрожащую и обмочившуюся. Услышав, что служанка теперь была собственностью Маноны, стражница притащила ее сюда.
Астерина и Соррель стояли с каменными лицами позади Маноны, поскольку девушку вырвало в ведро снова - на сей раз только желчь и слюна - и, наконец, она подняла голову.
- Докладывай, - сказала Манона.
- Я видела камеру, - прохрипела Элида.
Они все еще оставались неподвижными.
- Что-то открыло дверь, чтобы взять белье, и я увидела что происходит по ту сторону камеры.
Своими зоркими глазами она, вероятно, видела слишком многое.
- Выкладывай, - потребовала Манона, прислонившись к кроватному столбику.
Астерина и Соррель находились у двери, не позволяя кому-либо подслушать разговор.
Элида осталавась на полу, ее нога была вывернута в сторону.
Но глаза, которые встретили Манону, вспыхнули, показывая яростный темперамент хозяйки, который девушка усиленно скрывала.
- Существо, открывшее дверь, было красивым мужчиной - мужчиной с золотыми волосами и ошейником на шее. Но он не был человеком. В его глазах не было ничего человеческого.
Должно быть это был один из принцев.
- Я сделала вид, что падаю, так я могла выиграть побольше времени, чтобы увидеть, кто открыл дверь. Когда он увидел меня на полу, то улыбнулся мне - и эта темнота просачивающаяся из него…
Она покачнулась к ведру и склонилась над ним, но ее не вырвало.
Спустя мгновение она добавила:
- Мне удалось увидеть, что находилось в комнате позади.
Она уставилась на Манону, затем на Астерину и Соррель.
- Вы сказали, что они должны были быть подвержены имплантации…
- Да, - сказала Манона.
- А знаете ли вы, сколько раз?
- Что? - выдохнула Астерина.
- Знаете ли вы, - сказала Элида, ее голос дрожал, от гнева и страха, - сколько раз они были подвержены имплантации потомства, прежде чем были отпущены?
Все в голове Маноны затихло.
- Продолжай.
Лицо Элиды было белым как смерть, заставив ее веснушки быть похожими на засохшие брызги крови.
- Из того, что я увидела, они уже произвели, по крайней мере, по-одному ребенку каждая. И сейчас собираются родить еще.
- Это невозможно, - произнесла Соррель.
- Дети ведьм? - выдохнула Астерина.
На сей раз Элиду действительно снова вырвало.
