Мы были настолько бедны, что не было никакой разницы, но – я провела первых два дня плача на пороге. Она угрожала сдать меня властям, и я убежала и больше никогда её не видела. Я даже вернулась домой много месяцев спустя, но её уже не было – она уехала.
- Кажется, она была замечательным человеком, - сказал Эдион.
Лисандра не врала ей. Нехемия врала на каждом шагу, скрывая вещи, которые были жизненно важными. Кем была Лисандра... Они были одинаковыми: в конце концов, она не сказала Лисандре, что была королевой.
- Как ты выжила? - в конце концов спросила Аэлина. – Семилетние дети на улицах Рафтхола не всегда находят счастливый конец.
Глаза Лисандры заблестели, и Аэлине стало интересно, не ждала ли она внезапного удара, приказа уйти отсюда.
- Я использовала свои способности. Иногда я была человеком; иногда принимала обличья других бездомных детей, имеющих высокое положение в своих шайках; иногда я становилась бродячим котом, крысой или чайкой. А затем я поняла, что если сделаю себя более привлекательной – если сделаю себя красивой – когда я буду попрошайничать, я получу больше денег.
Я носила одно из этих красивых обличий в день, когда магия исчезла. И застряла в нём до сих пор.
- Так это облик, - сказала Аэлина, - не твоя настоящая внешность? Твоё настоящее тело?"
"- Нет. И меня убивает то, что я не могу вспомнить её. В этом и состоит опасность смены обличий – ты забываешь свой настоящий облик, потому что память о нём направляет превращения.
Я помню, что была невзрачной, как мышь, но... Я не помню, были ли мои глаза голубыми, серыми или зелёными; я не могу вспомнить форму своего носа или подбородка. И это всё-таки было тело ребёнка. Я не знаю, как бы я выглядела сейчас, будучи женщиной.
Аэлина сказала:
- И в этом облике Аробинн и заметил тебя пару лет спустя.
Лисандра кивнула и убрала невидимую ворсинку с платья.
- Если бы магия вернулась – стали бы вы вести себя осмотрительно с оборотнем?
Вопрос был так осторожно составлен, и так обыденно произнесён, словно он не был самым важным вопросом из всех.
Аэлина пожала плечами и сказала правду:
- Я бы завидовала оборотню. Превращаться в любое обличье, какое я захочу, было бы очень удобно. - Она на самом деле так полагала. - Оборотень стал бы могущественным союзником. И даже более чем занимательным другом.
Эдион задумчиво сказал:
- Это бы сильно меняло исход войны, когда магия снова вернётся.
