Отважная девушка не называет нам своего имени… так что зови ее как хочешь…
Снег подошел к барьеру, помахал девушке рукой.
– Что вы с ней делаете? – тихо спросил я.
– Мы? Ничего.
– Почему она так стоит?
– А ты спроси.
Я тоже приблизился к преграде. Девушка смотрела на меня. Радужная пленка чуть искажала цвета, но вроде бы не мешала звуку.
– Как тебя зовут? – мягко спросил я.
Плотно сжатые губы шевельнулись.
– Не важно.
– О, говорит! – обрадовался Снег. – Соизволила вспомнить язык предков.
– Вы не наши предки.
– Как же…
– Почему ты так стоишь? – спросил я.
– Мертвое. Все вокруг – мертвое, – монотонно, словно в тысячный раз, произнесла девушка. – Не хочу касаться.
– Ей действительно неприятно… – сказал я Снегу. И осекся, встретив злой взгляд.
– Гореть – еще неприятнее!
– Отпустите меня, – сказала девушка. Не попросила, а проинформировала.
– С удовольствием. – Снег кивнул. – Предложение об обмене послано. За последний год на вашей территории исчезло более двухсот наших людей. Тебя сменяют на любого из них.
– Мы не держим пленных.
– Да? А какие тогда претензии?
Снег тихо засмеялся.
– Мертвое. Все вокруг – мертвое. – Девушка закрыла глаза. И будто оцепенела.
– Пошли, больше она ничего не скажет. – Снег повел меня прочь.
Когда мы поднялись наверх, я спросил:
– Так что с ней будет? Обменяют?"
"– Нет. Они уничтожают пленных. Любой неадаптированный человек наносит вред созданной ими биосфере.
– Тогда она…
– Конечно. Умрет. От голода и жажды. Только какие к нам претензии? Наша пища для нее вовсе не ядовита.
Возможно, невкусна, но не более того. От одежды у нее никакого дерматита не случится. И от того, что она сядет в кресло, ее зеленая шкурка не пойдет волдырями.
Ничего личного в словах Снега не было. Даже скорее сожаление. Но и милосердия в них искать не стоило.
Мне пришлось напомнить себе, что это не моя война. А потом, поскольку не помогло, – что это и вовсе не война, а некий специально созданный для меня тест.
– Возьмем машину, – говорил Снег. – Выберемся в город, есть один милый ресторанчик… Морей, как ты понимаешь, на планете уже нет.
Только болота, как до колонизации. Но у ресторана есть свои бассейны, там выращивают и рыбку, и крабов, и десяток пищевых водорослей…
Послушно, как автомат, я шел за ним. Из головы не шла зеленокожая девушка, стрункой вытянувшаяся посреди «мертвой» комнаты. Хоть мужик бы оказался, не так гадостно было бы…
У самой ограды базы стояли, небрежно оставленные на воздухе, несколько машин.
