Пространство между зданиями так густо заросло зеленью, что казалось бы давно заброшенным, если бы не тропинки, ведущие в глубь комплекса. Мы оставили машину у дороги и пошли по одной из тропинок, ныряя под эстакады и галереи, связывающие здания друг с другом затейливой сетью. Один раз навстречу прошла маленькая компания – трое мужчин и две женщины. Они смеялись, болтали о чем-то и дружелюбно поздоровались с нами.
Сквозь ворота с тепловой завесой мы прошли в обширный сумрачный зал. На пороге я на миг остановился.
Да, ложный образ поведения придется менять.
Здесь было, наверное, с сотню людей. Мужчин и женщин, обнаженных, раздевающихся и полуодетых. Кто-то пришел, кто-то уходил. Вдоль стен шли ряды невысоких шкафчиков, в которые посетители аккуратно складывали одежду. В сводчатом потолке спиралью тянулись маленькие окна, сквозь которые пробивался неяркий, словно фильтрованный, свет Матушки.
– Идем, – поторопил меня Таг.
Мы подошли к свободным шкафчикам. Катти и Таг начали раздеваться сразу, я секунду помедлил.
Это нормально, – шепнул я себе наконец и тоже стал раздеваться. Вокруг было такое обилие нагих тел, что мой разум в панике отрекся от чувства, которое Катти назвала стеснительностью.
– В ураганный или в морской? – спросил Таг у Катти.
Девушка уже разделась, прикрыла свой шкафчик – я отметил, что замков на дверцах не было, – и на мгновение задумалась над вопросом.
– В морской вначале. Никки надо заново привыкнуть.
Я, не споря, пошел за ними. Ни ураган, ни море у меня с баней нe ассоциировались.
Вместе с десятком других обнаженных посетителей мы пошли по узкому проходу. И от каменного пола, и от каменных стен шло тепло, временами в стенах попадались амбразуры, из которых нас обдавал горячий воздух. Освещение здесь уже было искусственное, матовые панели на высоком потолке. Все шли молча, серьезно, словно готовясь к какому-то важному ритуалу, и шлепанье босых ног по полу сливалось в странный ритм, дикарский аккомпанемент к грядущему действу. Пол под ногами, оставаясь горячим, стал мокрым.
Откуда-то теперь сочилась вода и, не застаиваясь, стекала вперед – видимо, в коридоре был легкий, не ощутимый глазом наклон.
Завороженный участием в процессии, я все же украдкой поглядывал вокруг. Мужчин и женщин шло примерно поровну, большинство – молодые, наши ровесники. Очень много симпатичных девушек. Толпа явственно делилась на отдельные группки пришедших вместе, но даже в пределах одной компании никто не касался друг друга.
