— Что это значит?
— Это значит, что мы вместе.
— Я поддерживаю, — говорит Гаррет. Он тоже скрещивает руки на груди. — К чему, по-твоему, это приведет?
Ко всему.
Но я не хочу этого говорить. Я и так не привык говорить о своих чувствах, не говоря уже о разговоре с двумя мужчинами, которых едва знаю.
— Я не совсем уверен, как на это ответить. Мы уже некоторое время вместе. Все идет хорошо. — Я заставляю себя встретиться с ними взглядами. — Я считаю, что все серьезно.
Уайатт прищуривает глаза.
— Я навел о тебе справки.
Ты избил кого-то на Чемпионате.
Я киваю.
— Да, это так.
— У тебя проблемы с гневом? В этом дело?
— Уайатт, — упрекает Гаррет. Затем он поднимает бровь. — Хотя мне любопытен этот конкретный инцидент.
— Ребята, прекратите допрашивать его. — Входит Джиджи, раздражение омрачает ее лицо. — Перестаньте. Ты не обязан отвечать ни на один из их вопросов, Райдер. И вообще, Райдер помогал маме готовить, поэтому ему не нужно убирать. Он свободен. — Она тычет в них пальцем. — А вы делайте это вдвоем.
Мы собираемся потусоваться с мамой, она же нормальный человек.
Затем она тащит меня из кухни.
— Иисус Христос. Спасибо тебе, — бормочу я, когда мы оказываемся вне пределов слышимости.
— Извини. Они могут быть немного чрезмерно заботливыми.
— Немного?
— Теперь ты разве не рад, что ходил со мной на шоппинг? Всегда полезно, когда у тебя есть взятка в заднем кармане.
Ну, технически, она выбрала все подарки, потому что я недостаточно хорошо знаю ее семью, чтобы выходить за рамки обычных.
Но мои подарки, похоже, действительно пользуются успехом, особенно ноты, которые я подарил Уайатту, в классной металлической коробке. Он неохотно благодарит меня, выглядя довольным.
— Итак, если вы ужинаете и открываете подарки в канун Рождества, что вы делаете завтра? — Я спрашиваю Грэхемов. Мы сидим в большой комнате, мерцающие огни елки отбрасывают тени на стены. Конечно, у них есть куча старых сентиментальных украшений, крошечные гипсовые слепки детских ножек Джиджи и Уайатта. Это должно вызывать тошноту, но я не возражаю.
— Мы ленимся. — На мгновение кажется, что Уайатт забыл, что в его курятнике есть лиса. Он отвечает мне так, словно я нормальный человек, а не тот, кто пытается разорить его сестру. — Мы доедаем остатки. Открываем коробки с бабушкиным праздничным печеньем."
"— Может быть, мы покатаемся на коньках на пруду в конце улицы, — подхватывает Джиджи. — Я хочу увидеть игру между вами двумя, — Она показывает пальцем между Уайаттом и мной.
