Он хмуро смотрит на нее.
— Пожалуйста, не заставляй меня играть в хоккей.
— Ты хорош в этом. — Ее голос звучит раздраженно.
— Да. Ты знаешь, как это утомительно — быть хорошим в том, чем ты не хочешь заниматься?
Гаррет хихикает.
— Неблагодарный маленький засранец. Я отдаю тебе весь свой талант, и что ты с ним делаешь? Ты поешь песни.
— Эй, это мой талант, — говорит Ханна.
Он быстро смущается.
— Извини, Уэллси. Твой талант намного лучше моего. Опускаю руки.
Я думаю, он действительно так думает. И чистая любовь в его глазах почти заставляет меня чувствовать себя вуайеристом.
Я никогда не видел, чтобы мои родители так смотрели друг на друга. Я никогда не видел, чтобы кто-то так смотрел друг на друга.
Интересно, что видят люди, когда я смотрю на Джиджи.
В конце концов мы все отправляемся спать. Я провожаю ее до спальни, и она встает на цыпочки, чтобы прошептать:
— Прокрадешься, когда все уснут?
— Ни в коем случае.
— Да ладно.
— Я уже сказал, что не прикоснусь к тебе под крышей твоего отца.
Эта ситуация и так достаточно опасна.
— А как насчет сексуальных сообщений?
Я упрямо качаю головой.
— Что, если мы случайно перепутаем номера?
— Почему это вообще должно случиться? Да ладно, всего одну фотку члена.
— Ты что, одержима мной? — Я растягиваю слова. — Мне попрсить Дженсена прислать тебе презентацию о секс зависимости?
Я целую ее на ночь — в щеку — и иду в комнату для гостей. Кровать безумно удобная, но по какой-то причине я не могу заснуть. Некоторое время я ворочаюсь с боку на бок, наконец решая залезть в винный бар и попытаться заставить себя заснуть.
Одна из собак молча следует за мной на кухню. Другая собака уже внизу. Лежит на полу в соседней столовой, где Ханна заворачивает подарки.
Я просовываю туда голову.
— Я думал, мы уже открыли подарки, — сухо говорю я.
— О, это вторая часть традиции. Мы притворяемся, что все подарки уже открыты, а потом дети просыпаются на следующее утро и обнаруживают, что на кухонном столе их ждет что-то еще.
— Это действительно хорошая традиция. — Я неловко пожимаю плечами. — Не возражаете, если я что-нибудь выпью? Я имею в виду что-нибудь покрепче воды или молока.
— Проблемы со сном?
— Да. Полагаю, незнакомая обстановка.
— Пойдем. Я знаю где есть заначка.
Она ведет меня по коридору в кабинет, который Гаррет, должно быть, использует как свой кабинет, потому что там есть письменный стол и полки, заставленные наградами и фотографиями в рамках.
