ЖИЗЕЛЬ:
Я знаю, что это в последний момент, но ты не хочешь сегодня вечером провести тренировку в Мансене?
Я не думаю, что здесь есть какой-то намек. Я верю, что она действительно просит провести тренировку. И все же, судя по тому, как твердеет мой член и сжимаются ягодицы, можно подумать, что она прислала мне фотографию своей киски с подписью приди и трахни.
Я набираю ответ, пока иду к парковке.
Я:
Я готов.
ЖИЗЕЛЬ:
9:15?
Я:
Увидимся там.
Вселенная способствует тому, чтобы мы потрахались.
Это подтверждается, когда мы с Джиджи приезжаем на каток и обнаруживаем, что женские раздевалки не работают.
Белый лист, приклеенный к двери, объясняет, что их затопило. Я чувствую носом слабый запах сточных вод достигает моих ноздрей, когда мы читаем вывеску.
Джиджи пожимает плечами и направляется в мужскую раздевалку с ключами в руке. Я не могу перестать пялиться на нее с тех пор, как мы приехали сюда. Черные штаны для йоги облегают ее стройные ноги и подчеркивают задницу. Задницу, которую я сжимал несколько дней назад.
Я до сих пор помню, какой сладкой она была в моих ладонях, и мои пальцы чешутся прикоснуться к ней снова.
— Как прошла твоя неделя? — беспечно спрашивает она.
Я стараюсь не поднимать бровь. Я так понимаю, мы играем в обычную игру. Просто игнорируем тот факт, что недавно она жадно присасывалась к моему языку. Круто.
— Хорошо. У тебя?
— Загруженно, — признается она. — Как будто каждый год я забываю, какая это большая нагрузка — совмещать учебу и хоккей.
— Какая у тебя специальность?
— Спорт-администрирование.
— Она пожимает плечами. — Вроде как всегда думала, что из меня получится хороший агент или менеджер, поэтому выбрала специальность, которая направит меня по этому пути. А как насчет тебя?
— Бизнес-администраторирование. Хотя и не уверен, что буду с этим делать."
"Когда мы входим в раздевалку, она снимает с плеч джинсовую куртку и бросает ее на скамейку. На секунду мне кажется, что она собирается продолжать раздеваться — мое либидо искренне одобряет это, — но затем она берет свою сумку с одеждой и направляется в соседнюю душевую.
— Я переоденусь там, — бросает она через плечо.
Как и в предыдущие разы, когда мы были здесь, весь каток в нашем распоряжении, и на нем жутковато тихо. Это не похоже на настоящую хоккейную арену без звука шайб, ударяющихся о борта и оргстекло. Резкий удар шайбы, попавшей в цель, может сотрясти стены здания. Это мой самый любимый звук в мире.
Сегодня вечером почти невозможно сосредоточиться на хоккее.
