Её раскаты громом били по хлипкой защите Хаджара, который еще даже не достиг стадии истинного адепта.
Элитные воины Санкеша разбегались от места где бушевали две, почти звериные, ауры. Вернее – одна, будто бескрайнее небо, пыталась задавить маленькую, похожую на островок, вспышку силы.
Их, “простых” практикующих, подобное давление уничтожило бы на месте. Не просто остановило сердце, а обернуло костяным прахом. Размолотой горсткой окровавленной плоти и поломанного скелета.
Хаджар чувствовал себя отважным муравьем под стопой жесткого ребенка.
Ребенка со звериным оскалом. Он давил вниз, стараясь размазать сопротивляющуюся букашку.
Ни один мускул не дрогнул на лице Санкеша. Лишь его черные глаза окончательно потеряли человеческий блеск. В то время как по лицу Хаджара текли струйки крови, а сам он дрожал осиновым листом, Король Пустыни все так же спокойно восседал на стуле.
Дубовый стол начал трещать от эха двух аур. На нем появлялись глубокие трещины. Древесные щепки стрелами разлетались вокруг.
Воины отодвинулись еще дальше – никому не хотелось ненароком получить смертельную занозу в глазницу.
– Отец! – прозвучал крик Арликши. – успокойся, отец.
Санкеш повернулся к дочери, стоящей на одном колене. Она находилась в эпицентре этого “сражения”, но чувствовала себя свободно. Как будто её совсем не касалась чудовищная аура её отца.
– Твоя правда, дочь, – кивнул Король Пустыни. – законы гостеприимства сегодня на твоей стороне, дракон.
Давление исчезло и Хаджар, будто недавний утопающий, жадно задышал.
Вытерев кровь с лица, он тяжело оперся на спинку стула. Санкеш же, убрав ладонь от алебарды, все так же лениво взирал на лагерь.
Видят боги, если бы не Арликша, он бы продержался еще не дольше минуты. Может, используя Зов – полторы. Все же, перед лицом сильного Рыцаря Духа его талант к мечу не стоил практически ничего.
“Практически” потому, что если бы не Владение мечом, он бы умер в то же мгновение, что Санкеш выпустил силу.
– Дракон, – фыркнул Санкеш.
– меня зовут Палачом Городов, ужасом Пустыни, демоном Песков. А такого как ты – драконом… Мир не справедлив, не так ли, Хаджар Дархан?
Хаджар не мог поверить своим ушам. Неужели подобное к нему отношение было основано на простой… зависти. Или уязвленного самолюбия? Проклятье, Вечерние Звезды! Санкеш был меньше всего похож на человека, которого интересовало чье-либо мнение помимо его собственного.
– А знаешь, у нас ведь похожие судьбы, – продолжил Санкеш.
