Шарлотта терлась о мою промежность своим пахом, ее клитор прижался к выпуклости на штанах набухшего члена. Я чувствовал похоть... тепло... обладание... гордость этой великолепной женщины, сидящей на мне верхом. Она сводила меня с ума. Оторвавшись от ее губ, я обхватил ее руками, прижавшись к ее груди, пытаясь отдышаться.
Она на мгновение замерла, а потом взяла мою голову в руки. Наша страсть нарастала, пока она продолжала тереться своей киской о мой член. Не в силах больше терпеть эту пытку, я с рыком потянулся к поясу на брюках, пытаясь освободиться от него.
Как только мне это удалось, мой член вырвался на свободу. Она тут же взяла его в руки еще больше возбуждая своим прикосновением. Я прижался губами к ее груди под ее ночнушкой, которая накрыла меня с головой.
Пока я сосал сосок, она гладила член, обводя подушечкой пальца большую головку, и спускаясь рукой по всей длине. Сжав мои отяжелевшие яйца в руке, она прошептала мне на ухо:
— О, мой Боже, мистер Кинг, что за монстра вы прячете у себя в штанах.
Ее комплимент заставил затрепетать мое сердце, словно оно отогревалось после суровой, холодной зимы в лучах солнца. Слишком много прошло времени с тех пор, как меня хотела женщина. Меня, искалеченного и изломанного. Женщина, которую я смог чем-то впечатлить, уж точно не своей внешностью. Женщина, которая увидела во мне то, что не видел никто другой. Она попыталась от меня отстраниться, но я зажал зубами ее сосок, не собираясь так просто ее отпустить.
— Ой, — воскликнула она.
И прежде чем я успел остановить ее, она опустилась на колени и накрыла мою шелковистую головку своими губами.
Я раздвинул ноги, сумасшедшее вожделение в данную минуту полностью овладело мной, не понимая кто я и где я, инстинктивно двинул бедрами вверх, чтобы она еще больше вобрала меня в свой влажный рот. Она с такой страстью и желанием сосала мой член, намеренно прикусывая зубами, от чего заставляла меня вздрагивать, двигаясь вверх и вниз по всей длине.
Я вцепился пальцами в ее волосы, чтобы хоть как-то сохранить свой рассудок, а она захватила своим ртом столько длины, сколько мог вместить ее рот.
Она была потрясающе восхитительна. Другого слова я не мог подобрать, чувствуя при этом себя самым счастливым человеком на земле. Голова сама собой откинулась назад, и животный стон чистого удовольствия вырвался из глубин моего горла.
Я взглянул вниз, весь мой член был зажат ее губами, находясь в горячем, скользком горле, но для меня этого было недостаточно.
