Даже если бы он нашел ребенка, за которого предполагалась сума в миллион долларов, я бы даже не заметила его. Мои глаза были сосредоточены только на единственном мужчине.
Единственном мужчине, который держал мою жизнь в своих руках.
Единственном мужчине, который мог сокрушить меня одним взглядом или же просто очаровательной улыбкой.
Единственном мужчине, которому я полностью отдавалась.
Я хотела, чтобы о нас узнал каждый. Я хотела открыть эту тайну. Чтобы Оливер признался публично, и сделал меня своей на глазах у всего мира.
Мое сердце изнывало от боли. Единственную вещь, которую я хотела, никогда не смогу иметь. Он никогда не говорил о своих чувствах ко мне, и к тому же никто не знал о том, что я принадлежу Оливеру.
Это убивало меня изнутри, словно я воткнула себе в сердце чертов кинжал.
Я люблю его. Нет никакой ошибки в том, что я испытываю любовь к своему сводному брату.
И скажу я вам, это было в сто раз хуже: я влюбилась в Оливера Кинга.
Оливер.
Верил ли я в борьбу за то, что хотел?
Черт, да.
Но я также знал, когда нужно уйти. Когда бросить бой и отступить. Здесь сидел молодой парень, тот еще ублюдок, но он мог дать Мае тот мир, которого не мог ей предоставить я. За это время я увидел, насколько он был больным придурком, который одержим моей сводной сестрой, и эта одержимость никогда не пройдет. Здесь нет будущего.
Приехать сюда сегодняшним вечером было, словно вздохом облегчения и в то же время проклятием.
Когда я коснулся ее ноги, и она посмотрела на меня, в ее глазах стояла боль, мое сердце затопила любовь в тот момент, и, черт побери, я возбудился.
И в этот же самый момент я понял, что должен ее отпустить — дать ей жить своей жизнью.
В Мае переплеталось столько всего: она была скромной, красивой, сексуальной и умной. Ее ждало прекрасное будущее. Она заслуживает лучшего. Она заслуживает быть счастливой. Она заслуживает того, что я просто не смог бы ей дать.
Маленькая пчелка больше не должна мне ничего. Ничего.
Ни. Одну. Единственную. Вещь."
"Я был тем, кто спас ее жизнь.
Тем, кому посчастливилось найти ее и взять ее. Я воспользовался ее уязвимостью, чтобы получить то, что хотел. Я так был помешан на мысли сделать ее своей, что даже не заметил, что она никогда не была моей. Она просто пыталась спасти своего отца от той боли. Мая была хороша в этом, в отличие от тех людей, которые используют друг друга, чтобы получить какую-то выгоду. Таких людей как я — монстром, она не раз говорила об этом.
Мы оба были сломленные.
