Они гнались за нами. Мы побежали к западу, пересекли дорогу, я оглянулся: нас и охотников разделяли две сотни метров. Но эти, в отличие от тех, что мы видели раньше, совсем не выглядели слабыми: они бежали быстро, бежали, прекрасно понимая куда и зачем. Не останавливаясь, я просчитывал дальнейшие действия: надо будет сбросить рюкзак, если они станут нагонять меня. Эти охотники были совсем другими: они не полагались на случай – они хотели человеческой крови, и знали, как ее добыть.
– Быстрее! Быстрее! – заорал Дейв практически мне в ухо, и я понесся вперед.
Дыхания не хватало.
У Мини же астма, а я забыл для нее ингалятор! Она ведь просила меня, а я забыл. Я оглянулся: Мини отстала. Время пришло. Пора было принимать решение.
– Ну, быстрее! Быстрее! – закричал я.
Мой призыв подействовал. Мы пересекли дорогу и выбежали на Шестьдесят седьмую улицу, ведущую прочь из парка.
Прямо у нас на пути еще два десятка охотников пытались согреться около костра. Они выглядели очень слабыми. Некоторые из них повернули головы и уставились на меня, но, судя по всему, не собирались присоединяться к погоне.
И вдруг в глаза мне бросилось знакомое лицо. Я споткнулся о бордюр, еле удержал равновесие. И пробежав мимо, обернулся, чтобы еще раз посмотреть… Я не ошибся: это лицо было мне знакомо. Охотник тоже смотрел на меня.
Тот паренек.
Паренек, с которым мы встретились за много кварталов от этого места, на берегу Ист-Ривер, паренек, которому я отдал бутылку с водой.
Он стоял возле костра и пил – из бутылки.
Из другой, конечно. Все охотники в этой группе пили из бутылок. Да, они были охотниками – никаких сомнений, но они развели в железной бочке огонь и пили из бутылок!
Не останавливаясь, я обернулся и увидел то, что меньше всего ожидал: «мой» паренек, а затем еще двое охотников помахали мне вслед. Я убегал по Централ-парк-уэст, а они махали мне вслед.
Махали вслед.
Махали именно мне. Неважно, был это жест приветствия или прощания, важно другое: они пили из бутылок, они грелись возле огня – и они махали мне.
25
Охотники гнались за нами по Шестьдесят седьмой улице. Они не уступали нам в скорости и, похоже, не чувствовали усталости. На авеню Колумба я врезался прямо в желтый школьный автобус, сильно ушиб руку, тут же оббежал его справа и снова понесся вперед. До Семьдесят девятой улицы оставалось двенадцать кварталов. Двенадцать кварталов на север и три квартала на запад – а там и лодочная пристань.
