– Здесь в основном спят женщины и дети, – объяснила Пейдж и направилась в угол, подсвечивая себе маленьким фонариком на батарейках. – Остальные ночуют в другом конце столовой.
Девушка подсела к группе детей: двое из пятерых пришли с родителями только сегодня днем. Две недели они отсиживались в квартире за несколько кварталов отсюда, а потом, выйдя в город за едой и горючим, встретили прятавшихся в Челси Пирс и, как я, решили перебраться сюда. Их мама спала рядом: во сне она дышала спокойно и умиротворенно.
Я сел рядом с Пейдж, прислонился к стене. Дети лежали в постелях, укрытые одеялами, и подозрительно поглядывали на меня сонными глазами. Я показал язык пятилетней малышке, и та расплылась в улыбке.
Пейдж читала им сказку про отважного мышонка Стюарта. Они перевалили через главу про парусные гонки и теперь читали про канарейку Маргало. Я очень любил эту сказку, мне нравилось, как бесстрашно и самоотверженно Стюарт защищал птичку, и что семья Литтлов так хорошо приняла ее.
А потом Маргало пришлось улететь, чтобы не попасть в лапы к злой кошке, а мышонок отправился ее искать. В книжке так и не сказано, что будет с ними дальше, но я всегда был уверен, что малыш Стюарт найдет свою подружку. Мне больше по душе книги, в которых не на все ответы даны вопросы.
Скоро малыши уснули. Только мальчик лет восьми лежал и рассматривал на потолке узоры от ламп дневного света, горевших в коридоре. В спальне было тепло и уютно, на меня навалилась невыносимая усталость: я задремал и резко проснулся, как от толчка.
– Похоже, тебе пора спать, – сказала Пейдж. – Я приготовила тебе постель, пойдем покажу.
За ширмой из нескольких простыней оказался целый ряд раскладушек. Здесь спали несколько подростков и те мужчина с женщиной, которые ругались днем.
– Мои родители спят вон в том углу. – Она махнула рукой. – Но они придут только через пару часов, они всегда сидят допоздна с другими взрослыми. Вот твоя постель.
– Спасибо. Я через пару минут лягу, – сказал я.
Пейдж скользнула под одеяло на свою раскладушку и отвернулась."
"Я пошел в ванную, умылся холодной водой с мылом, почистил зубы, переодел футболку. На обратном пути я захватил рюкзак и пристроил его в ногах раскладушки, предварительно засунув туда грязную футболку и щетку; куртку развесил на прищепках на протянутой в холле бельевой веревке. Я медлил ложиться. Меня мучили сомнения.
