Темные волосы были сбриты почти под ноль, а из–под ворота рубашки выползала на шею татуировка. Качнулась дверь, и из кухни вышел еще один мужчина, примерно моего роста и комплекции, но значительно старше – лет под сорок, очень бледный и лысоватый.
Мы молча смотрели друг на друга: изучали. Эти двое заметили у меня пистолет, и по реакции я понял, что они не Охотники.
– Привет, – сказал здоровяк, кусая шоколадный батончик. – Классная штуковина.
Я взглянул на пистолет, но прятать его не стал.
Быстро обернувшись, я успел заметить за обледеневшими стеклами движение: Охотники были рядом.
– За мной гонятся. Нужно спрятаться.
– Спрятаться? Зачем? – невозмутимо произнес здоровяк.
– Чтобы нас не убили, – тихо сказал я. – Нельзя больше ждать.
– Кто это?
– Охотники, – прошептал я и, поймав удивленный взгляд, мотнул головой в сторону двери и добавил: – Зараженные, которые охотятся на людей, целая группа.
Второй мужчина, тот который постарше, позвал:
– Быстро, за мной.
Его лицо, обрамленное аккуратной бородкой, казалось добрым и приветливым.
В следующее мгновение мы спрятались на кухне. Через маленькие окошки–иллюминаторы в створках открывавшихся в обе стороны дверей можно было наблюдать, что происходит в зале кафе.
– Сколько их? – спросил здоровяк, будто прикидывал наши шансы, если дело дойдет до столкновения. По вопросу и тону, которым он его задал, я окончательно убедился, что эти двое – точно такие же случайные уцелевшие во время атаки, как и я.
– Тсс, – зашипел на нас «старший»: он наблюдал за кафе через круглое окошко.
С грохотом упал стул в зале."
"В кухне был только один выход, возле которого мы стояли. А даже если и был где–то еще черный ход, я не мог и шага сделать от напряжения. В горле стоял комок. Здоровая рука, сжимавшая пистолет, дрожала, с другой быстро капала на пол кровь. Интересно, учуют ли Охотники ее запах? Я сжал кулак и засунул руку в карман огромной спасательской куртки.
Здоровяк откуда–то вытащил предмет, похожий на большой пистолет, а оказалось, что это всего лишь видеокамера, и принялся снимать. Мне почему–то стало неожиданно спокойно, опасность будто утратила остроту.
– Для истории, – прошептал он. – Мы стали свидетелями исторических событий. Поэтому я стараюсь ничего не пропускать, снимать все подряд.
Второй мужчина замер у дверей и все так же наблюдал за залом.
