Она держится за мою руку своими потными пальцами и наблюдает за окружающим, как загнанный зверь.
— Еда такая вкусная. Анна определенно талантлива. — я со страстью впиваюсь зубами в тост, пытаясь заставить ее забыть о том, где мы находимся.
Ее нога дрыгает по полу, но, когда я предлагаю ей чашку кофе со сливками и сахаром, как она предпочитает, Карина принимает это, ее поза расслабляется.
— Пятнадцать минут истекли?
— Прошло всего три минуты, мисс... я имею в виду, Карина.
Выражение ее лица проясняется, и она улыбается.
— Ты должен обязательно стать моим охранником, но этот скупой Кирилл сказал «нет» — передразнивает она его бесстрастный тон.
— Ты попросила его сделать меня твоим охранником?
— Он даже не дал мне закончить расспросы и наотрез отказался.
Я этого не знала.
— Но тебе не нужен телохранитель, поскольку, ну, ты всегда в своей комнате.
Она поджимает губы.
— Конечно, я знаю. Я могу, например, примерить одежду, которую заказываю онлайн, а ты говоришь мне, что об этом думаешь. Я могу сделать тебе маникюр, и мы будем вместе обедать вот так.
На самом деле это не работа телохранителя, но я ей об этом не говорю.
Карина проводит пальцем по краю своей чашки и вздыхает.
— Ты же знаешь, мы никогда не обедали всей семьей.
— Почему бы и нет?
— Мама и папа не любили друг друга, и они поставили перед собой задачу, чтобы мы трое тоже были полны ненависти — она делает глоток кофе. — Они заставляли нас постоянно соревноваться друг с другом.
Я наклоняюсь вперед на своем стуле.
— Как соревноваться?
— Кирилл и Константин занимались этим задолго до того, как я появилась. Сначала это были детские вещи, такие как гонки и оценки, но потом это были боевые искусства, уроки стрельбы и то, как действовать под давлением.
— Действовать под давлением?
Кофейная чашка дрожит в ее руке, несколько капель падают по всему столу.
— Дурацкие психологические тесты на умственную выносливость.
— Ты... делала их?
— У меня не было выбора! Это было обязательно, потому что папа был мудаком — ее глаза блестят от слез.
— Мне было тринадцать, Константину девятнадцать, а Кириллу двадцать один. Нас высадили на изолированном острове, и мы должны были выживать любыми необходимыми средствами. Я была приклеена к Кириллу, но меня схватили какие-то страшные люди в масках. Кирилл пришел, чтобы спасти меня, но их было слишком много. Его повалили, избили, жгли, били электрическим током, и мне пришлось наблюдать за всеми пытками в режиме реального времени.
