Я рад помочь, если смогу”.
Я достаю фотографию картины из своего телефона, чтобы показать ей. Марджори сдвигает очки с макушки на переносицу, затем подносит телефон поближе, чтобы получше рассмотреть.
-Все, что вы могли бы мне рассказать, было бы полезно, - с надеждой говорю я.
“Не видя самой картины...” Она продолжает рассматривать изображение. “Да, я бы сказал, что цвет и композиция соответствуют портрету Дайса. Пойдем.”
Она ведет меня в комнату справа. На ближней стене - несколько портретов дам в платьях послевоенного образца и мужчин в официальной военной форме.
“Это все Дайс. Давай посмотрим ...” Она мгновение изучает их, затем снова смотрит на фотографию. “Обоснованное предположение было бы между 1946 и 1952 годами. Молодая знатная женщина не носила таких волос намного позже”.
-Есть какие-нибудь идеи, кто бы это мог быть? Я пытаюсь умерить свое волнение.
Марджори хмурит брови и приближает лицо. “Извините, нет. Могу я спросить, где вы это нашли? Если это Дайс, то я об этом не знаю”.
“Я купил картину на распродаже недвижимости. Она принадлежала семье Талли в Суррее”.
“Да, это кажется правильным”. Она жестом приглашает меня следовать за ней в еще одну маленькую комнату с портретами. “Эти двое - Талли. Подарены музею после их смерти. Довоенные.”"
"Мой взгляд жадно скользит по картинам. Это двоюродные бабушка и дядя трех братьев. Двоюродные бабушка и дядя герцога и герцогини по отцовской линии.
“На самом деле написаны незадолго до их смерти. Насколько я понимаю, их не особенно любили.
Однако отличные художественные образцы”.
Следовательно, они были подарены. Похоже, выбрасывать портреты - традиция Талли.
“Можно ли узнать, подлинная ли это картина Дайса?” Я спрашиваю ее.
“Конечно, да. Если вы хотите переслать мне любые другие фотографии, которые у вас есть, я могу дать вам ответ. Если потребуется дополнительная проверка, нам нужно будет изучить саму картину. Это если вы сможете отправить ее моим контактам в Лондоне ”.
-Да, конечно.
Мы возвращаемся к ее столу в передней части музея, где она вручает мне визитку.
Нейт все еще бродит сам по себе. Она бросает подозрительный взгляд в его сторону, когда он исчезает за углом.
“Если картина подлинная, - продолжает она, - не могли бы вы разрешить музею выставить ее? Боюсь, это, скорее всего, не слишком ценно.
-Купил его за сотню фунтов, - соглашаюсь я.
Марджори качает головой. “ Эта семья продала бы собственного отпрыска, если бы могла заработать хоть фунт.
