Я готова сделать это!
Мои руки начинают дрожать под грудью.
Сохраняй образ, Сэрай… несмотря ни на что.
Затем неожиданно, как будто мы не находимся с этим больным ублюдком в одной комнате, я ощущаю пальцы Виктора во мне и сразу становлюсь мокрой. Я делаю резкий вздох, изо рта выходит теплое дыхание, которое оставляет небольшие следы на поверхности мраморного стола. Они появляются при каждом моем дыхании.
— Расставь ноги, — просит Виктор.
Сначала я не слушаюсь, но когда он использует свои руки в качестве клина между моими бедрами, то раздвигаю ноги, выставляясь вся напоказ.
Я не сопротивляюсь, а просто хватаюсь за края стола и выпрямляю спину.
Мой разум борется с неправильностью всего происходящего. Я понимаю, что это неправильно и отвратительно, потому что Артур сидит и наблюдает за нами. Но другая часть меня, та часть, которая пытается вытеснить присутствие Артура Гамбурга на задний план, хочет, чтобы Виктор продолжал. Я стараюсь держать глаза закрытыми и представлять, что в комнате только Виктор.
И какое-то время это работает, но ровно до тех пор, пока я снова не слышу голос Артура Гамбурга.
— Да, у нее там действительно узко, — сообщает Артур, и я стискиваю зубы.
Виктор начинает понемногу входить в меня.
— Знаете, — говорит Виктор, — может быть, Вы покажете, что имеете. Я начну понемногу, чтобы раскрыть её, и тогда…
— Ничего больше не говори, — произносит он с садистскими нотками в голосе.
Я слышу, как он встает с кресла и проходит по комнате. Его штаны уже расстегнуты, рубашка небрежно торчит.
Он уже удовлетворяет сам себя. Как только он доходит до чего-то, напоминающего своим видом большой шкаф, то останавливается на полпути и поворачивается к Виктору. Казалось Артур увлечен зрелищем, до тех пор, пока не спрашивает:
— Ничего, если я приглашу свою жену сюда?
После короткой паузы Виктор отвечает:
— Этого не было в сделке. — Он обдумывает предложение. — Но я полагаю, в этом ничего страшного не будет. Она внизу?
— Отлично, — радуется Артур Гамбург, потирая руки.
Он подходит к шкафу, открывая большие двери, где обнаруживается широкое пространство, словно целая комната. — Нет, я храню её здесь.
Что? Ты хранишь её там?
Почувствовав, что это определенно привлекло внимание Виктора, я провожаю его взглядом. Не имея понятия, что он делает, и не зная, как поступить в данной ситуации, я размышляю над тем, стоит ли мне остаться на месте в той же позе или же все-таки встать и прикрыть свою голую попу. Я решаю немного подождать.
