Я говорил тебе, чего ожидать, если ты выйдешь за меня. Это брак на бумаге. Не жди никакой эмоциональной привязанности.
— Мы должны заключить наш брак. Это традиция! — Ее голос становился все более пронзительным. Я вышел в коридор, но она бросилась за мной.
— Мы консумировали ее заранее. Этого достаточно — сказал я. У меня не было ни малейшего желания прикасаться к ней прямо сейчас.
Спустившись в оружейную, я захватил две кобуры для пистолетов, а также свои любимые ножи и пистолеты.
Крессида догнала меня.
Каблуки явно замедляли ее движение. Она осмотрела мой наряд.
— Куда ты идешь?
— По делам.
— Муж должен трахать свою жену!
— Может быть, я сделаю это, когда вернусь утром.
Я взял ключи от машины и направился в вестибюль. Крессида издала разъяренный вопль, и один из ее каблуков ударил по зеркалу рядом с моей головой, отчего оно раскололось.
— Тебе повезло, что у меня сейчас нет времени на твои бредни — прорычал я и ушел.
Сегодня не прольется кровь девственниц, только кровь Фальконе.
Грета
Я надела пижаму, но не могла уснуть. Мои мысли крутились вокруг Амо. Теперь он будет делить свою брачную ночь с Крессидой.
Я целую неделю умоляла папу разрешить мне присутствовать на этой свадьбе, утверждая, что мне нужно увидеть свадьбу Амо, чтобы закрыть эту главу моей жизни. Нужно смотреть в лицо своим страхам — так всегда говорил папа, и я это тоже усвоила. Теперь я не была уверена, что это улучшило мое эмоциональное состояние. Определенно не было ощущения, что глава закрыта.
Но, возможно, мое присутствие показало нашу добрую волю к сохранению мира, который казался таким ужасно хрупким.
Невио был в ярости, но папа настоял на том, чтобы он остался в Вегасе. Если бы он приехал, это только разрушило бы то, что осталось от нашего перемирия. Его гнев был очень сильным, и я все еще боялась, что он наделает глупостей. Хотя Невио уважал отца, его буйный характер часто заставлял его забывать о разуме и приказах отца.
Я погладила палец, на котором должно было быть кольцо, если бы я приняла предложение Амо.
Это был мой выбор, единственный разумный выбор на тот момент, отпустить Амо, но сейчас я чувствовала себя так, словно у меня вырвали что-то, что я не хотела терять.
В гостиной нашего номера раздались голоса. Я наконец встала и пошла туда. Фабиано, Нино и папа разговаривали тихими голосами. Адамо сидел на диване, положив руки на спинку. Он был единственным, кто не выглядел совершенно напряженным.
