Мои вещи находятся в комнате, которую я делю с Юрием, но в последнее время Кирилл разрешает мне брать с собой сменную одежду, когда я дежурю ночным телохранителем.
Но ему не нравится смотреть на меня.
Может быть, он меня больше не хочет.
Может быть, чувство предательства, которое он испытывает по отношению ко мне, затмевает все остальное.
Внезапно машина сворачивает и с визгом останавливается. Сила удара настолько велика, что Рай ударяется о спинку моего сиденья.
— В чем дело? — Кирилл спрашивает водителя по-русски.
— Не знаю, сэр. На дороге что-то есть...
Его слова обрываются, когда выстрел попадает ему в грудь, прямо через пуленепробиваемое стекло.
Я не думаю об этом, когда вытаскиваю свой пистолет.
Мы все выбегаем из машины, когда повсюду летят пули.
Я встречаю взгляды Владислава и Виктора с той же мыслью.
На нас напали, и мы должны защитить наших боссов.
Мы втроём и Максим спешим к линии фронта, сталкиваясь с солдатами, которые похожи на армию муравьёв. Судя, по их словам, и выкрикиваемым приказам, они албанцы.
Они – последнее, что нам сейчас нужно.
Да, у нас с ними есть разногласия, но я не думала, что они зайдут так далеко, чтобы устроить нам засаду посреди дороги.
Я мельком оглядываюсь назад, и после того, как я убеждаюсь, что Кирилл прячется за одной из машин с Дэмиеном и Рай, я бегу вперёд.
«Не будь грёбаным мучеником», я слышу, как он кричит это в моей голове, как он кричал давным-давно, но я не останавливаюсь.
Я сказала ему, что предложу свою жизнь в обмен на выстрелы, которые он получил из-за меня, и я не шутила.
Мой приоритет, защитить его любой ценой.
Плохая новость заключается в том, что нас мало. Очень мало.
И из-за этого мы должны считать наши пули. Мы попали в нескольких, но я не так хороша в обращении с пистолетом, как со снайперской винтовкой. Я все ещё раню или убиваю любого, в кого стреляю. Во всяком случае, лучше, чем Виктор.
У него заканчиваются патроны первым, и он прыгает за ближайшую машину в поисках укрытия.
Сейчас здесь только мы с Владиславом, но у нас тоже все на исходе.
Черт.
Черт.
Эта ситуация намного ужаснее, чем я первоначально думала. Если они доберутся до нас, убить Кирилла и Дэмиена, которые, я уверена, и есть причина всего этого нападения, будет детской забавой.
С боевым кличем мы с Владиславом уничтожаем семерых из них, но это оставляет меня без патронов.
Мои плечи опускаются, когда я смотрю на Кирилла, который стреляет из своего собственного пистолета.
Мир на мгновение замирает.
