— Почему ты не можешь рассказать нам? — Брови Максима сходятся на переносице.
Потому что ты возненавидишь меня и можешь убить прежде, чем у Кирилла появится такая возможность.
— Виктор упомянул, что Босс был ранен из-за тебя, — продолжает Юрий, когда я молчу. — Мы знаем, что это ещё не все.
— Да! Ты ни за что не причинишь вред Боссу, — Максим притягивает меня к себе за плечо. — Все знают, что Виктор – мудак. Не обращай на него внимания.
Но на этот раз Виктор прав.
Все произошло из-за меня, и сейчас я нахожусь в той неопределённой фазе, когда понятия не имею, что будет дальше.
Кирилл может убить меня, насколько я знаю.
Но я все равно не уйду, пока не найду ответы на вопросы о смерти моей семьи.
И я надеюсь, на прощение Кирилла. Каким бы невозможным это ни казалось.
5 Глава
Кирилл
Мне кажется, что я прихожу в себя, но несмотря на все мои усилия, удержаться, я постоянно теряю сознание.
Чем больше я цепляюсь за проблески света, тем глубже проваливаюсь во тьму.
Эта ситуация больше похожа на игру против моего тела и очевидного проигрыша.
Не имеет значения, насколько силен мозг, если тело отстаёт, то это напрасные усилия.
Иногда я подумываю о том, чтобы просто закрыть глаза и никогда больше их не открывать, но потом я вспоминаю, что у меня так много дел, слишком много мест, которые нужно посетить, и незаконченные дела, которыми нужно заняться.
Я помню обещание, которое я дал, более слабой и молодой версии себя.
Мы больше никогда не будем слабыми. Мы будем настолько сильны, что никто не сможет до нас дотянуться.
И я обязан сдержать это обещание и никогда больше не падать в яму безнадёжности.
Если ты будешь в низу, на тебя будут наступать и командовать. Но если ты на верху... никто не осмелится посмотреть тебе в глаза.
И я больше никогда, никогда не буду опускаться так низко.
Я не знаю, сколько времени это заняло у меня, но мне удаётся открыть глаза, и я не чувствую потребности снова погрузиться в забвенье.
Моё окружение медленно обретает нечёткий фокус. Белые стены, запах антисептика и знакомый аромат.
.. лаванды?
— Кирилл! — ломкий голос моей сестры звучит так, словно её погрузили под воду.
У меня звенит в ушах, как будто последствия после тяжёлой бомбардировки, но я борюсь с желанием сдаться и заставляю себя прищуриться. В поле зрения появляется маленькое личико Карины, все в слезах, соплях и припухшими губами, вероятно, из-за того, что она постоянно их кусает, когда волнуется.
— Ты меня слышишь? Ты в порядке? Виктор! Позови врача.
