Она напряглась всем телом, поглощая свое возбуждение, закипая внутри. Сила ее кульминации уже начала проявлять себя все более явной вибрацией в ее голове. Рейн бросила взгляд в зеркало один последний раз.
Они двигались, словно единое целое, как волны прилива и отлива, синхронным дыханием, толчками, вскриками и ударами сердца — все это было общим и единым для них троих. Ощущая, что оргазм накрывает ее с головой, она почувствовала, как они оба увеличились внутри нее, как их возгласы стали громче. Их объятия стали тверже, когда они кончали с ее именем на губах, выплескивая внутрь нее вместе с семенем свою душу.
Этот эмоциональный взрыв поглотил ее, сотрясая и ломая ее прежнюю суть, но создавая новую, прекрасную женщину… ИХ женщину.
Когда, обессилев, они все вместе упали на постель, мужчины принялись ласкать и бормотать ей на ушко нежности, но Рейн знала, что вопреки всему, что ей еще предстоит испытать в жизни, клеймо их обладания никогда не смоется с ее сердца.
***Рейн свернулась клубочком рядом с Лиамом, овевая его шею своим легким дыханием.
В его ушах все еще отдавались ее всхлипы и крики экстаза. С ними двоими, она была открытой и честной, являя их взору великолепную натуру сабмиссива и невероятной женщины, о которой он мог только мечтать. Рейн погружалась в собственное сияние, разбавляя их жесткий контроль, смело взбираясь все выше и выше, давая и все больше и больше, объединяя их своим телом, от чего у него перехватывало дыхание. Чистый восторг.
Эта ночь была лучше всех его самых безудержных фантазий.
Совершенно ничего общего с тем, что у них было с Хаммером и Джульеттой. Тогда у них был обычный трах. А как назвать это? Акт обожания и поклонения."
"Любовь присутствовала в каждом их действии.
От ощущения реальности произошедшего у него закружилась голова, и он прижал ее к себе крепче, бросая взгляд через ее тело на негромко посапывающего Хаммера, который защитным жестом обнимал ее живот. В воздухе комнаты повис насыщенный запах их тел, от чего при каждом вдохе, в его голове проносились образы из воспоминаний сегодняшнего вечера.
Закрыв глаза, он позволил себе утонуть в этом калейдоскопе картинок, вновь и вновь возвращая к жизни каждый момент, как вздох и вскрик, каждую сладкую дрожь, которые теперь, казалось, осядут в его памяти навечно. Ей, безусловно, понравилась каждая секунда их воссоединения, она зажглась той энергией и любовью, которых никогда не проявляла прежде, с ним наедине.
