— Я помню ощущение твоих маленьких ручек, обвивающих мою шею, и твое трепетное хихиканье каждый раз, когда мы выныривали на поверхность, чтобы перевести дух. Я все время думаю об этом. Вспоминаю эти моменты.
— Теперь я тоже припоминаю, — прошептала я. Он тогда называл это нашим маленьким кусочком рая.
— Все это теперь твое. Имущество принадлежит тебе, и ты можешь делать с ним все, что вздумается. Это просто участок земли, и земля эта может быть красивой. Я сделал то место, наш дом, уродливым, потому что был законченным пьяницей, но так не должно быть.
Еще у меня есть небольшая заначка, которую я копил для тебя с тех пор, как открыл магазин.
Я была ошеломлена и потеряла дар речи. Почему он это сделал?
— Тебе не нужно подкупать меня.
Он потянулся к моей руке.
— Послушай, Эмилин, помнишь, что я говорил об отцах, защищающих своих маленьких девочек?
— Я больше не маленькая девочка.
— Да, но я все равно твой отец. Я все испоганил и только так могу попытаться компенсировать часть убытка.
Я никогда не считала своего отца эмоциональным, чутким или красноречивым человеком, но он показывал стороны, которых я никогда в нем не видела.
Мысли метались. Я знала, что должна принять то, что он мне предлагал, хотя понятия не имела, что делать с землей.
Я смотрела мимо него, пытаясь представить, что буду делать. Он сказал.
— Продай. Мне все равно, что ты с ней сделаешь. Но она твоя.
— Ладно.
— Так ты примешь ее?
— С одним условием.
— Я весь внимание, — сказал он.
— Дай мне адрес матери.
Я была полна решимости противостоять ей и хотела знать, не бросила ли она и других своих бедных детей.
— Эмилин… — в его голосе зазвучало предостережение. — Она не изменится. Боюсь, ты будешь абсолютно разочарована.
— Мне нужно кое-что сделать. Нужно ее увидеть. Пожалуйста.
Я знала, что он поймет. Мне не нужно было разъяснять ему детали.
— Хорошо. Я дам тебе ее адрес. Ты сильнее, чем был я, Эмилин. Обещай мне: что бы она ни говорила или ни делала, в глубине души ты будешь помнить, что ты хорошая, умная и красивая.
У нее полно собственных демонов, и если она отвергнет тебя, это не будет иметь никакого отношения к тому, кто ты есть.
— Спасибо. Я ценю это.
— Мы не можем вернуть прошлое — там слишком много сожалений. Давай попробуем двигаться дальше?
Я потянулась через стол и взяла его за руку.
— Давай.
После обеда мы вернулись обратно в магазин, и он написал адрес моей матери на листе бумаги.
— Она живет в Нэшвилле.
— Отсюда далеко придется ехать? — спросила я.
