— Я выкачаю из вас каждую каплю крови, прежде чем прибью к гребаному кресту, который увидит весь ваш приход.
Старик тяжело сглатывает от страха, его тело сотрясается, а голова бешено мотается вверх-вниз.
Закончив разговор, я подхожу к двери и, распахнув ее, оставляю ошеломленного священника в его кабинете и выхожу из собора.
Я хочу покончить с этой свадьбой, чтобы моя жизнь вернулась в нормальное русло.
И да поможет Бог тому, кто помешает мне надеть кольцо на палец Виттории.
***
Тори
В кои-то веки Джорджио выглядит хуже меня со своей сломанной рукой, кривым носом и подбитыми глазами.
Люди мистера Фалько выбили из него все дерьмо, и единственное, о чем я жалею, - это то, что мне не довелось увидеть, как это происходит.
Одетая в кремовое шелковое платье с длинными кружевными рукавами, я хмуро смотрю на Джорджио. — Почему я вообще иду с тобой?
Это платье, должно быть, стоит больше, чем вся одежда в моем шкафу, но я рада, что оно прикрывает мои руки и ноги, так что ни один из синяков не заметен.
— Потому что мы должны представлять единую семью, — нетерпеливо бормочет он. — Это важный вечер для меня. Наконец-то я получу признание, которого заслуживаю.
Глядя на его избитое лицо, мне трудно в это поверить.
Джорджио окидывает меня взглядом и с отвращением говорит: — Ты могла бы сделать что-нибудь со своими чертовыми волосами."
"— У меня уходят часы на то, чтобы выпрямить волосы, — возражаю я. — Ты же не дал мне много времени на подготовку.
Джорджио вернулся домой час назад, бросил мне платье и туфли на каблуках и велел собираться.
Времени хватило только на то, чтобы принять ванну и нанести макияж.
Он угрожающе делает шаг ко мне, но почему-то сдерживается, чтобы не ударить.
Вместо этого он тычет пальцем мне в лицо и шипит: — Ты, блять, испытываешь мои последние нервы. Заткнись, блять. Когда мы будем у мистера Риццо, ты, блять, просто улыбнешься и не скажешь ни слова.
Я просто смотрю на него, и обычно это заставляет его выбить из меня всю душу, но сейчас мне уже все равно.
— Гребаная сука, — огрызается он и, схватив меня за руку, толкает к входной двери. — Запомни мои слова. Когда мы вернемся домой, я заставлю тебя пожалеть, что ты родилась.
— Ты уже много раз так делал. Угрозы меня не пугают, — бормочу я, выходя из дома.
Плоская ладонь Джорджио ударяет меня по затылку. — Заткнись, мать твою!
Захлопнув дверь и заперев ее, Джорджио хватает меня за бицепс и тащит к своему Доджу.
