Колин вдруг представил эту сцену – стайка болтливых девиц, взахлеб тарахтящих о разных мелочах, до которых ему не было никакого дела, не говоря уже о том, что он их не понимал. Женщины рассказывали друг другу обо всем, и…
Резко развернувшись, Колин предупредил:
– Не говори ни слова.
– Прошу прощения. – Пенелопа раздраженно выдохнула в приступе праведного негодования. – Я же сама говорила, что не стоит сообщать об этом в день ее свадьбы.
– Я обращался к матери, – пояснил Колин.
Вайолет покачала головой.
– Элоиза нас убьет.
– Она уже почти убила нас, сбежав, как идиотка, – гневно выпалил он, что было на него совсем не похоже. – Я и всем остальным наказал молчать.
– Даже Гиацинте? – с сомнением уточнила Пенелопа.
– Особенно Гиацинте.
– Ты ее подкупил? – поинтересовалась Вайолет. – Потому что у тебя ничего не выйдет без взятки.
– Боже мой, – пробормотал Колин. – Можно подумать, я только-только к этой семье присоединился. Разумеется, я подкупил ее.
Повернувшись к Пенелопе, он попросил:
– Не обижайся на мои слова.
– О, я не в обиде, – отмахнулась она. – А что ты ей предложил?
Колин припомнил о переговорах с младшей сестрой и едва не вздрогнул.
– Двадцать фунтов.
– Двадцать фунтов! – воскликнула Вайолет. – Ты с ума сошел?
– Можно подумать, ты бы сумела договориться на меньшую сумму, – проворчал он. – И я отдал ей только половину. Я этой девчонке ни на грош не верю. Но если она будет держать рот на замке, я обеднею еще на десять фунтов.
– Интересно, неужели ты ей и ломаного гроша не дал бы? – задумчиво сказала Пенелопа.
Колин повернулся к матери.
– Я пытался отделаться десятью, но она стояла на своем.
А после обратился к Пенелопе:
– Даже половины гроша.
Вайолет вздохнула.
– Мне следовало бы отругать тебя за это.
– Но ты не станешь, – усмехнулся Колин.
– Да помогут мне небеса, – было единственным ответом его матери.
– Да помогут небеса тому парню, который обезумеет настолько, чтобы жениться на ней, – поправил ее Колин.
– Полагаю, Гиацинта способна на большее, чем вы оба считаете, – высказалась Пенелопа.
– Не следует ее недооценивать.
– Милосердный боже, – ответил Колин, – мы и не помышляем об этом.
– Ты такая милая, – заявила Вайолет, порывисто обняв невестку.
– Это чистое везение, что она не завладела всем миром, – пробормотал Колин.
– Не обращай на него внимания, – посоветовала Вайолет Пенелопе. – А ты, – добавила она, обращаясь к сыну, – должен немедленно отправляться в церковь. Остальные мужчины уже там.
