Я поднимаю взгляд от руки вверх — это один из тех уродов, которые вечно вьются вокруг танцпола, ища неприятности на свою голову. Обычно я отмахиваюсь от таких, причем совсем не вежливо, но тут я решаю, да черт с ним, я должна станцевать. Я заслужила этот танец, в конце концов. Хотя мне и не стоит, поскольку я «замутила» с русским монстром.
— Да, я станцую с тобой, — отвечаю я, его глаза загораются, как мерцающие китайские фонарики.
Он тянет меня на танцпол и сразу же начинает вращать по кругу, чуть ли не прижимаясь ко мне.
Тут же я понимаю, что это не самая моя лучшая идея. Парень просто под видом танца, начинает виться вокруг меня, как бы случайно сталкиваясь и хватая за задницу."
"Все происходит так быстро, секунду назад я танцевала с волосатым осьминогом, раскидывающим свои щупальцы вокруг меня, и вот он уже лежит на спине на холодном мигающем зелеными огнями танцполе. Женщины кричат, толпа тут же расступается, как перед Моисеем в Библии. Зейн стоит напротив меня. Вокруг крики, орет музыка и мигает зеленый свет на полу.
Он пристально смотрит на меня, словно высечен из льда, с совершенно неподвижным и невыразительным лицом, протягивает ко мне руку.
— Ты же не танцуешь, — шепотом говорю я, шокированная методами его насилия.
— Всегда что-то происходит впервые.
У меня испаряется на него злость и раздражение, только необъяснимое для меня самой волнение, гудит у меня по венам, заставляя дрожать. Голос вибрирует, и кажется совершенно неуверенным:
— Видишь ли, если бы это была я, я бы не создавала в первый раз такой ажиотаж.
— Я не ты, — отвечает он.
Я беру его за руку, она такая теплая и сильная, он крутит меня вокруг себя и мастерски ловит.
Я ахаю от удивления.
— Ты соврал мне.
— Я сказал, что я не танцую, но я не говорил, что не умею.
Я опускаю взгляд на лежащего парня.
— Как ты думаешь, с ним все в порядке?
— Неа. Но он всегда будет мудаком, — говорит он мне на ухо.
Я смеюсь.
— Где ты научился так танцевать?
Он притягивает меня к себе еще ближе, я чувствую исходящую от него пульсирующую жизненную силу и мужскую энергию.
— Нас обучали, — говорит он.
— Кого это «нас»?
Он проходится губами по моему подбородку.
— Любопытная да, не так ли? — шепчет мне в волосы.
— Это секрет?
Что-то мелькает в его глазах.
— Эта дверь закрыта, и у тебя нет разрешения в нее войти.
— А кто имеет разрешение?
— Никто.
— Тебе не одиноко в твоем золотом замке, Зейн?
— Безопасно. По любому, зачем тебе знать мои секреты? Ты уйдешь через месяц.
