Джостен не мог рассказывать многого, но того, что он озвучил, хватило, чтобы изменить к себе отношение нескольких федералов. До этого разговора они смотрели на него и видели только сына Нейтана. Выяснив, что маленький мальчик выбрал трудную жизнь в бегах, пусть и под покровительством другой криминальной группировки, лишь бы не оставаться с этим монстром, агенты взглянули на него по-новому.
В воскресенье ему дважды предлагали записаться в программу защиты свидетелей, и оба раза он отказался. Он дал им всю необходимую информацию для возбуждения уголовного дела и согласился прийти на опознание или дать повторные показания, если им удастся задержать кого-то из людей Нейтана.
А до тех пор он хотел, чтобы его просто оставили в покое. Если ФБР всё-таки запишет его в программу защиты свидетелей против воли, Нейл просто сбежит и вернётся обратно в Пальметто. Эндрю подтвердил, что Лисы не дадут Нейлу бесследно исчезнуть. Они поднимут шумиху, подключат прессу и будут упорствовать до тех пор, пока Нейл наконец не отыщется.
Агенты в один голос повторяли, что это бессмысленный безрассудный эгоизм, но Нейл с Эндрю продолжали стоять на своём.
Нейл не верил, что они выиграли до тех пор, пока Браунинг не кинул стопку бумаг перед ним на стол. Первый лист был официальным заявлением на смену имени, второе и третье – готовым паспортом и водительским удостоверением. Последней бумагой оказалось прошение о переиздании карты социального обеспечения под новым именем.
Фотография Нейла, которую тот лишь смутно распознал, крепилась скрепкой к верхнему краю второго заявления; снимок, который Ваймак сделал ещё прошлым летом для школьного досье. Там, на фото, у него каштановые волосы, карие глаза, а на скуле ещё не проступает татуировка Рико. Сами заявления были уже наполовину заполнены. В документах его естественный цвет глаз значился как голубой. Похоже, они просто сожмут фотографию до таких масштабов, что никто не сможет разобрать это несоответствие.
Он настолько увлёкся изучением фотографии, что даже не сразу понял ценность того, что ему предлагают. В верхней части листа стояло имя: Нейл Джостен. Оставалось только подписать.
— Считай это личным контрактом с нами, — пояснил Браунинг извечно недовольным тоном. Поймав взгляд Нейла, он продолжил: — Как только ты подпишешь это, мы запустим процесс внедрения Нейла Джостена как реально существующего, полноправного члена общества.
