Видимо, нож заточили совсем недавно, потому что на пальце тут же выступила кровь.
И в этот момент последнее самообладание испарилось. Нервы окончательно сдали. Он не сможет прорваться через ДиМачио и отца, поэтому придётся попытать удачу с Лолой, которая по-прежнему была вооружена ножом и пистолетом. Натаниэль бросился в её сторону. Судя по дикой улыбке, растянувшей губы Малкольм от уха до уха, она ожидала подобного сопротивления. Приготовившись к неизбежной стычке, Лола уже вскинула нож. Когда Натаниэль оказался в зоне досягаемости, она коротко и решительно замахнулась.
Натаниэль нырнул в сторону, едва не подвернув лодыжку. В следующую секунду она наставила на него пистолет, прямо в лицо. Но даже зная, что выстрела не последует, он всё равно инстинктивно пригнулся.
Лола снова сократила дистанцию, сделав короткий замах ножом, и Натаниэль ударил её в открывшееся горло. Она издала хриплый, задушенный болью свист, но Натаниэль едва ли обратил на это внимание. Каждый порез и каждый ожог на руке мгновенно отозвался болью в ответ на такое неосмотрительное действие.
Стиснув зубы, он замахнулся ещё раз. Лола ушла в сторону, кончиком лезвия успев оставить на его груди жгучую царапину. Теперь Натаниэль стоял между ней и дверью в дом. Он в несколько шагов взлетел по невысокой лестнице, но Лола успела схватить его за волосы раньше, чем дверь поддалась. Сейчас Натаниэля не беспокоила такая незначительная потеря, как лишний клок волос. Он по-прежнему рвался вперёд, отказываясь выпускать дверную ручку.
— В сторону, — приказал Нейтан откуда-то из-за спины.
Видимо, он обращался к Лоле, но Натаниэль, решив не пренебрегать подобным советом, тоже метнулся в сторону и оступился. Нож ударил о дверь в том месте, где он только что стоял, и с металлическим скрежетом проехался по поверхности. Нейтан обернулся к упавшему сыну. Пытаясь унять жгучую боль в груди, Натаниэль неловко попятился назад. Наигравшись в кошки-мышки, Нейтан сократился оставшееся расстояние. Натаниэль попытался встать на ноги, но тяжёлый удар ногой, пришедшийся в грудную клетку, отбросил его обратно на спину.
Последовавший за этим удар кулаком в лицо убил последнее сопротивление. Нейтан сел на него сверху, приставив нож к горлу.
Спустя секунду к ним подошёл ДиМачио и протянул Мяснику топор. Нейтан прижал его к горлу сына, чтобы освободившимся ножом провести по израненному ожогами и порезами лицу."
"— Наверное, мы сделаем и то, и то, — буднично произнёс Нейтан, словно рассуждая о погоде.
