Я мог видеть, как она бездельничает в гостиной или в нашей спальне.
Это идеальное место, чтобы спрятаться, и я надеюсь, что она решит спрятаться со мной.
Я похлопываю его по плечу.
— Дэйв, — сделав паузу, мы вдвоем тихо смеемся над тем, что я случайно назвал его прозвищем Инди. — Дэвид, если я все-таки перееду, тебе с семьей придется навестить меня.
— С удовольствием.
Гарольд паркуется прямо перед зданием, и Дэвид открывает мне дверь в вестибюль.
Опустив голову, я раздаю несколько автографов, одновременно быстро направляясь к машине.
Как только я оказываюсь в безопасности, Гарольд направляется к тренировочному комплексу, где меня срочно нужно будет отправиться на очередную пресс-конференцию, прежде чем ступить на корт.
Откинув голову назад, я наблюдаю, как мимо проплывает город.
Я мало спал на этой неделе из-за ошеломляющего сочетания отсутствия Инди и сожалений о том, как я сказал ей тем утром. Но я горжусь ею. Если бы я был посторонним человеком и увидел такую реакцию на беременность, я бы тоже захотел, чтобы она ушла от меня.
Она заслуживает того, чтобы иметь все, чего хочет от жизни, и год назад у нее не хватило бы сил уйти так, как сейчас.
Последнее, чего я хочу, — это чтобы она ушла от меня, но мне нравится видеть, что у нее хватает смелости встать и потребовать того, чего хочет.
И я — то, чего она хочет. Я знаю без тени сомнения, что это так.
Теперь, если бы она, черт возьми, позвонила мне и попросила переехать к ней в дом, я бы тут же рванул.
Она живет там уже три дня, и, да, я засыпал свою сестру сообщениями и звонками. Она мало что говорит мне, кроме того, что с моей девушкой все в порядке, поэтому я стараюсь оставить все как есть.
* * *
На пресс-конференции Итан сидит по одну сторону от меня, а мой тренер — по другую. Приятно быть не единственным человеком за микрофоном, но это не имеет большого значения, почти все вопросы по-прежнему адресованы мне.
— Шей, — репортер в первом ряду встает и говорит в микрофон.
— Как ты держишься под таким давлением?
— Я не чувствую давления.
Ложь. Итан, наблюдающий за мной краем глаза, подтверждает, что он тоже знает, что я лгу.
— Первый потенциальный выход в плей-офф за шесть лет, если ты сможешь одержать победу сегодня вечером. И ты не чувствуешь никакого давления?
Как всегда, я надел маску. Спокойный. Холоднокровный. Собранный.
— Нет.
Встает еще один репортер.
