Но вместо того, чтобы опуститься, его рука передвинулась, обхватив мою скулу, и его большой палец коснулся моих губ. Его глаза, все это время остававшиеся на моих, теперь опустились к моему рту, и я, нервно облизнув губы, лихорадочно попыталась сосредоточиться на чем-то еще, кроме возраставшего между нами напряжения.
— Кто ты такой? — спросила я, и мой голос казался еле слышным шепотом. — Что ты здесь делаешь?
Оба вопроса были крайне обоснованными, и я испытывала гордость за то, что была все еще в состоянии формировать связные мысли, в особенности, когда он меня касался.
Дрожь пронеслась вниз по моему позвоночнику, и я знала, что он это почувствовал тоже, потому что угол его рта приподнялся в усмешке.
— Ах, любознательная девушка, — произнес он саркастично, и его синие глаза снова встретились с моими. — Как оригинально.
Его сухой высокомерный тон заставил мой темперамент вспыхнуть.
— Ты не имеешь права здесь находиться! — прошипела я, теперь уже смущенная тем, как плотно прижимались наши тела.
Я попыталась освободиться, но его руки держали меня стальными тисками.
— Откуда тебе это знать? — поинтересовался он, и я в смятении начала осознавать, что мои попытки разорвать его хватку не имели ни малейшего прогресса.
— Ты следил за Джеймсом! — сквозь зубы бросила я.
— Ты тоже.
Ладно, с этим было трудно поспорить. У меня вырвался раздраженный вздох.
— Отпусти меня, — потребовала я, но мой голос оказался гораздо слабее, чем мне хотелось бы.
Мой желудок сводило неприятными спазмами, и комната начинала по-настоящему кружиться.
— Нет никакой нужды торопиться, — произнес он поверх моего уха, все еще не отпуская меня. Теперь уже я начала извиваться в его руках со всей силы.
— Думаю, мне сейчас будет плохо, — вырвалось у меня в панике.
Его бровь взлетела вверх, и он резко меня отпустил.
— Тогда не смею тебя задерживать.
На мгновение я пошатнулась, но тут же восстановила баланс и, развернувшись, помчалась вниз по коридору до тех пор, пока не достигла туалета, где тут же выплюнула самый изысканный ужин, который ела за последние несколько лет.
Когда мне стало легче, я прижалась спиной к стене, пытаясь восстановить дыхание. Моя голова раскалывалась, и комната все еще кружилась калейдоскопом. Через пару минут прополоскав рот водой, я принялась искать в сумочке мятную жвачку, когда вспомнила, что меня, должно быть, вовсю искал Джеймс.
