Другая часть, конечно, связана с тем, что Лэндон – мудак, который не может дышать, не выдыхая яд в мир.
Но я с этим смирилась, и, как я по глупости думала, Николай тоже.
Взявшись за ручку двери и проскользнув внутрь, держа пистолет направленным на Илью и остальных.
Рука с пистолетом опускается на бок, когда я стою у входа в большую белую комнату с жуткой сценой посередине.
Киллиан, Джереми и Николай окружили Лэндона, стоящего на коленях на полу, с рассеченной губой, заплывшим глазом и кровью, размазанной по белой рубашке.
Часть брызг попала на рубашки Киллиана и Джереми и на обнаженную грудь Николая. В этот момент мой брат, которого я люблю больше, чем можно описать любыми словами, выглядит как чужак в облике зверя.
Оружие разрушения.
Неконтролируемая сущность ярости.
Лэндон смотрит на Килла с окровавленной ухмылкой, кашляет и говорит хриплым голосом.
— Это все, что ты можешь? Если ты собираешься предать доверие Глин, то, по крайней мере, сделай это достойно.
— Заткнись, блять, — Николай бьет его кулаком по лицу.
— Ты действительно думал, что мы примем перемирие и позволим тебе возиться с моей сестрой? Моей гребанной сестрой? Я убью тебя, прежде чем ты еще раз к ней прикоснешься.
— Тогда убивай, — провокационная ухмылка Лэндона исчезает. — Только так ты удержишь меня от нее.
Несмотря на ужасающую сцену, я не могу удержаться от воображаемой руки, которая сжимает мое сердце и сводит желудок.
— Ты чертов покойник, — Джереми пинает его в бок.
— Весьма сомнительно, — глаза Лэндона скользнули к моим, как будто он знал, что я все это время была рядом.
— Эй, маленькая муза. Я думаю, что тебе следует отозвать у Джереми его карточку «очень плохого парня», как ты считаешь?
Три пары глаз обращены ко мне, и первым говорит Николай.
— Какого хрена ты здесь делаешь? Убирайся."
"Я бросаю пистолет на пол и делаю жест, направляясь к ним:
— Чтобы вы могли продолжать его пытать?
— В этом и заключается идея, — говорит Киллиан. — Это не твое дело, Мия.
— Нет.
— Я не знаю, что этот ублюдок говорил тебе, но ты не должна верить ничему из этого, — говорит Джереми.
— Например, то, что он выполнил свою часть сделки, а вы нет? Вы уже согласились на перемирие, так какого черта вы делаете?
— Я не соглашался на это гребаное перемирие, — говорит Николай таким напряженным голосом, что на шее вздуваются вены от напряжения. — Он ни при каких обстоятельствах не имеет права прикасаться к тебе и продолжать дышать.
