— В шахматах главное – обыграть игрока, а не игру, — печатаю я, а затем вздрагиваю. Это точные слова этого ублюдка Лэндона."
"— Вам нужно быть психологически сильнее своего противника, прежде чем вы решите попытаться сыграть с ним.
— Я склонен согласиться, — низкий, глубокий голос застает меня врасплох.
Я была настолько поглощена своим трагическим поражением, что на мгновение потеряла бдительность. Не кто иной, как Лэндон, безжалостно воспользовался этой брешью, чтобы приблизиться ко мне.
Он вошел внутрь, надев на себя бесстрастность, как вторую кожу, и психопатию, как черту характера.
Отглаженные черные брюки длиной до щиколоток придают элегантность его длинным ногам, а заправленная в них чистая белая рубашка подчеркивает тонкую талию и широкие плечи.
Его волосы уложены, и я чувствую запах дорогого одеколона, который, похоже, был создан исключительно для него.
По позвоночнику пробегает холодок – реакция бегства пронзает все мои внутренности.
Мне нужно бежать.
Бежать…
Лэндон останавливается рядом с моим креслом и непринужденно обхватывает мое плечо рукой, как будто это самое естественное движение в мире.
Его пальцы впиваются в голую кожу моей верхней руки, удерживая меня в полной неподвижности. У меня поднимается температура, и, к моему ужасу, это не связано с яростью, а скорее с возмутительным ощущением.
Например, как приятно его прикосновение.
Как сильно мое тело изголодалось по его интенсивности.
Ласке.
Неизвестности.
Он так давно не был настолько близко, а я не могу остановить вулкан, бурлящий глубоко внутри меня.
— А вы? — спрашивает Кейден менее гостеприимным тоном, чем тот, которым он общался со мной.
— Лэндон Кинг, — говорит он так, как будто каждый должен знать его имя.
Чувство нарциссизма в этом человеке просто поражает.
— Парень Мии. Хотя ей больше нравится термин «любовник».
Я смотрю на него с открытым ртом, но быстро прихожу в себя и показываю.
— Ты не мой любовник, придурок.
— Мы сможем поговорить о наших отношениях в свое время, маленькая муза.
— Мы не можем быть в отношениях, потому что, на секунду, для этого нужен кто-то, кому не все равно.
— Я бы проявил к тебе максимум заботы, если бы ты не втянула меня в неконсенсуальные отношения со своими телохранителями. Если ты не заметила, они далеко не в моем вкусе.
— Ой, прости. Я позабочусь о том, чтобы нанять телохранителей-женщин, которые соответствуют твоему вкусу. Может быть, тогда ты наконец прекратишь преследовать меня и оставишь в покое.
