К счастью, заходит Гарет, и, сразу понимая, что происходит, присоединяется ко мне, чтобы разнять двух самых нестабильно-самовлюбленных кузенов.
— Ты официально занесен в черный список моей следующей вечеринки по случаю дня рождения, — говорит Майя Киллиану.
— Скоро вернусь. Я собираюсь поплакать в подушку.
Мы с Гаретом успеваем отвести каждого из них в столовую. Потом я возвращаюсь, чтобы разбудить Николая, чтобы он присоединился к нам.
Он все еще странно смотрит на меня, и я почему-то не могу подавить страх за безопасность Брэна.
Может быть, мне стоит предупредить его на всякий случай?
Проблема с Нико в том, что он кажется отстраненным и заинтересованным только в насилии, но на самом деле он может быть скрытным и его невозможно прочесть, если он этого не захочет.
Мы впятером садимся ужинать, Майя и Киллиан все еще ссорятся, как дети.
— А где Джереми? — спрашивает она, когда подается еда, и указывает вилкой на Киллиана, который занимает обычное место Джереми во главе стола. — Я определенно пришла не ради твоего лица.
— Отчаяние тебе не к лицу, — он ухмыляется. — К тому же, блондиночка, ты действительно спрашиваешь о Джереми?
— А-а о ком еще я могу спросить?
Все мы, кроме занятого едой Нико, смотрим на нее.
— Что? — говорит она шепотом.
— Ты просто заикаешься, — насмехается Киллиан. — Я бы поклялся, что ты не знаешь, как это делается.
— Я не…
— Боюсь, что ты заикаешься, — говорит Гарет.
— Видишь? Даже потерянный сын Матери Терезы согласен, — отвечает Киллиан и делает вид, что мажет кусок мяса кровью.
Майя, вегетарианка, морщит ему нос, а затем сосредотачивается на Гарете.
— Джереми?
— Он сказал, что у него есть дела.
— Без меня? — Николай наконец вступает в разговор.
— Кто знает? — Гарет пожимает плечами. — Не пробовал проверить телефон?
Николай делает именно это, и его глаза загораются.
— Я ухожу.
— Куда? — я показываю.
— Не о чем беспокоиться.
— Я думала, ты настоял на том, чтобы мы поужинали вместе.
— Ужин окончен, — он проглатывает свой стакан пива и целует меня в макушку.
— Держись от этого подальше, Мия.
Он также целует голову Майи.
— Не создавай никаких проблем.
Киллиан тоже встает, и я встречаю его вопросительный взгляд.
Он слегка улыбается.
— Это не твои проблемы, малышка Соколова.
А потом они выходят за дверь, оставляя нас троих одних.
— Тебя оставили в стороне, Гарет? — спрашивает Майя удрученным тоном, снова и снова прокалывая салат.
— Я отказался.
