Вскочив со своего места, он обнаружил свое присутствие и потребовал от Лиды и Лели:
- Повторите все то, о чем говорили, но только прямо мне в лицо!
Лена вскрикнула и округлила глаза. Лидия сначала испуганно вытаращилась на Вадима, но очень быстро взяла себя в руки.
- Что ты здесь делаешь? - вопросила она, привстав. - Ты что - за нами следил?
Лида и впрямь считала, что его можно этим пристыдить? После всего, что он услышал?"
"- Сядь и повтори то, что говорила Леле! - рявкнул он. - А ты - следом расскажешь и про первые роды, и про свое вранье! - ткнул он пальцем в Лену.
На глазах ее выступили слезы. Она закрыла лицо ладонями и стала всхлипывать. Лида же поджала губы и отвернулась. На них уже стали обращать внимание посетители за соседними столиками. А потом мать Лели процедила:
- Не устраивай сцен, Куденков. Иначе я тебе во всеуслышанье выскажу, что ты старый похотливый козел, да еще и без гроша в кармане…
Она посмотрела на него с вызовом, прекрасно зная, что бьет точно в цель.
И если он сейчас продолжит эту сцену, не миновать тонны дерьма, которое выльет ему на голову Лида.
Какое-то время он постоял так, взирая на двух женщин сверху-вниз. Вадим чувствовал себя настолько раздавленным, что казалось, будто в одночасье превратился в кучку дерьма, оттаявшую по весне на газоне.
- Поехали домой, - процедил он, глядя только на Лелю.
Лида вмешиваться не стала, видимо, решив, что раз все уже сказано, то и присовокуплять к этому ей больше нечего.
Лена же отняла руки от лица и затравленно взглянула на Вадима. Черты ее исказились и стали отталкивающими. А может, виной тому были те знания о любимой, которые Куденков получил, словно прививку от реальности?
Кивнув, она поднялась из-за столика и поплелась к выходу. Вадим догнал ее уже возле машины. Домой ехали в полном молчании, которое казалось отравляющим настолько, что даже дыхание стало вязким, словно кисель.
Куденков метался с одной мысли на другую. Что он станет делать теперь, когда Леля непременно повторит ему свою историю? Ведь не станет же она врать и изворачиваться дальше, когда все стало кристально ясным?
Зайдя в квартиру, Вадим прикрыл дверь, но запирать на замок ее не стал.
Не разуваясь и не раздеваясь и, кажется, уже зная, что отсюда ему тоже придется вот-вот съезжать, он повернулся к притихшей Леле. Хотел задать очень много вопросов, но все они куда-то испарились, когда понял, что все бесполезно.
