Пойдемте скорее, мне надо найти Глэдис.
– Ты находишь это приличным? Если мы выйдем к гостям втроем? – изогнул брови Стомма.
– Кастан, я буду рада, если ты поможешь найти мою дуэнью, а не заменишь ее.
Мы как раз добрались до лестницы, когда нас остановил лакей Пимборти.
– Нима Анна! – Он несся к нам на полных парусах. – Мы нашли Глэдис!
В его бледном, как смерть, лице отражался неподдельный ужас, и от дурного предчувствия у меня свело живот.
– Что с моей дуэньей? – Я поймала себя на том, что вцепилась в рукав смокинга Влада, с силой сжала ткань в кулаке.
– Вы должны срочно спуститься в кабинет. Понимаете? Холл, полный гостей. Все ждут вашего выхода, а там она…
Не давая всполошенному слуге договорить, я отодвинула его с дороги и, подхватив длинную юбку, бросилась в сторону черной лестницы, какой обычно пользовались слуги и откуда имелась возможность проскочить в людный холл незамеченной.
В отцовском кабинете горела потолочная люстра на такое количество магических кристаллов, что резало глаза.
Рядом со шкафом, где совсем недавно прятались мы с Владом, а в нише был встроен сейф, толпились слуги. Они расступились, позволяя мне заглянуть внутрь, и у меня под ногами качнулся пол.
Глэдис сидела на полу, прислонившись спиной к стене. В руках она держала бархатный футляр из-под колье. Лицо заливала мертвенная бледность, веки были крепко сомкнуты. Она точно бы присела отдохнуть и случайно задремала. Колени у меня вдруг стали мягкими, и я схватилась за косяк, чтобы не упасть.
– Ну-ка, подвинься, – прозвучал над макушкой мягкий голос Влада, и он осторожно отодвинул меня с дороги.
Некоторое время мы наблюдали, как он пытается прощупать пульс на шее у дуэньи. Потом он передал мне футляр, а когда с легкостью, словно Глэдис весила не больше пушинки, поднял ее на руки, то кто-то из слуг попытался возражать:
– Разве можно до приезда дознавателей трогать труп?
Я вздрогнула, а в голове проклятой каруселью по кругу завертелись одни и те же слова.
…Труп, дознаватели, мертвенная бледность.
– Она спит. – Он перенес Глэдис на диван, осторожно уложил. Рука дуэньи безжизненно свесилась к полу. – Анна, проверь, украшение на месте?
Пока он осторожно укладывал провалившуюся в летаргический сон дуэнью на диван, я открыла футляр. Колье исчезло. Испустив дружное оханье, слуги возбужденно зашептались.
– Я отправлю посыльного за знакомым дознавателем, – предложил Кастан, направляясь к письменному столу, чтобы немедленно написать записку.
