– Я, кажется, собираюсь умереть!
В следующий момент перед глазами потемнело. Наверное, я свалилась в обморок некрасиво, совсем не по-благородному, потому что во время падения ударилась головой о стул. Висок пронзила боль. В угасающем сознании, словно на черно-белой гравюре, отпечаталось, как Уилборт с непроницаемым видом подливал себе коньяк.
* * *
– Я думала, что вас попытались отравить. – Глэдис деловито откупорила пузырек из темного стекла и принялась на свет капать в стакан снадобье, окрасившее воду в алый цвет.
– Я сама так подумала, – призналась я и, приподнявшись на подушках, забрала протянутый стакан, точно бы заполненный кровью. Рука дрожала от слабости, и меня до сих пор мутило.
Глэдис присела на краешек кровати и, снизив голос до заговорщицкого полушепота, быстро проговорила:
– Вы правда видели Генри в Молельной?
– Да.
– Считаете, что Ева наняла его избавиться от вас?
Только я открыла рот, чтобы согласиться с наперсницей, как из соседней комнаты прозвучал голос Влада:
– Ты видела, что видела, но не более.
Мы с Глэдис испуганно отпрянули друг от друга, как будто замышляли злодейский план по захвату особняка, а нас накрыли с головой.
– У меня тут стоит подслушивающий кристалл? – зашептала я.
– Дверь была приоткрыта, – пояснил фальшивый жених из глубины своей спальни.
Тут эта самая дверь с неожиданно обиженным скрипом отворилась. Сосед стоял на пороге и разглядывал нас двоих с заметным неодобрением. В скрещенных на груди руках он держал пухлый конверт, отчего-то моментально привлекший мое внимание.
Выглядел Влад не лучшим образом, усталым и осунувшимся. Ночные пляски с моим спасением явно его вымотали. Впрочем, Вишневские так переполошились из-за моего приступа, что дом до сих пор стоял на ушах. Хуже всех пришлось семейному лекарю, вытащенному из постели. Когда он появился с черным саквояжем в обнимку, то оказалось, бедняга так торопился спасти мне жизнь, что забыл снять с головы ночную сетку для волос.
– Ты не можешь сказать наверняка, что именно жена Валентина наняла Генри, – заявил Влад.
– Суним Горский, вы же ее не защищаете? – неодобрительно пробормотала Глэдис.
– Я стараюсь следовать логике и быть объективным, – сухо отозвался он.
– По-моему, я сделала самый логичный вывод, – огрызнулась я.
– Ну, хорошо. – Влад одарил нас с Глэдис высокомерным взглядом. – Ты считаешь, что кто-то из семьи виноват в смерти Валентина. Но что в этот вечер делала твоя дуэнья?
Невольно я посмотрела на бедную женщину.
