Тусклый свет едва рассеивал темноту. Часы с перламутровым циферблатом, стоявшие на зеркале, отмеряли третий час ночи. Половина кровати Влада пустовала, подушка по-прежнему оставалась непримятой.
Решив, что он лег к себе, я поднялась и тихонечко приоткрыла дверь в смежные покои. Сквозь темноту комнаты было видно, что кровать, застеленная серебристым покрывалом, оставалась нетронутой. Видимо, Влад еще не ложился и по-прежнему работал в кабинете отца.
Вдруг мне пришло в голову, что раньше, пока папа не женился на Еве, заработавшись допоздна, он часто засыпал на кушетке в том самом кабинете, и я приходила в середине ночи, чтобы потушить магические огни.
Безусловно, у нас с отцом были непростые отношения, но мы любили друг друга как умели, и внутренне, несмотря на воспоминание, не оставляющее места для вариаций, я не верила, что убила его собственными руками.
В кабинете на первом этаже, как и ожидалось, горел магический кристалл, дверь была приоткрыта, я хотела войти, но вдруг услышала голос Евы:
– Игра зашла слишком далеко, нам пора остановиться.
– Почему ты вообще решила, что я играю? – прозвучал насмешливо-ледяной голос Влада. – Мы в парке развлечений?
Меня словно окатили ледяной водой.
– Ты не слышишь, о чем я говорю тебе? Хватит, прекрати. Ты выиграл – я разрушена и готова броситься в Эльбу от желания вернуть тебя. Теперь остановись.
Надо было немедленно вернуться в спальню и не слушать странный разговор, который я могла просто неверно истолковать, но ноги точно приросли к полу.
– Почему ты молчишь? – вышла из себя Ева. – После стольких лет я, наконец, вернулась, и тебе нечего сказать?
– Спасибо, только вот… – наконец, вымолвил он, и мое сердце разлетелось на мелкие части.
– Только вот что?
– Ты меня больше не задеваешь.
…Рассвет, и комнату заливает жидкий серебристый свет. Влад исчез. В страхе, что он оставил меня одну, а сам уехал, я соскакиваю с кровати, заворачиваю обнаженное тело в простыню и выхожу из спальни.
Он, полностью одетый, стоит у окна ко мне спиной.
Руки спрятаны в карманы, жилетка подчеркивает широкие плечи. Мой первый и единственный мужчина потрясающе красив. Сердце сжимается от восторга.
Подхожу сзади, прижимаюсь щекой к его спине, обнимаю руками за пояс. Мгновение, и вдруг он осторожно освобождается из моих объятий.
– Уезжай, Анна.
– Что? – Меня охватывает паника. – Я не понимаю.
– Я хочу, чтобы ты немедленно уехала. Села в проклятую карету и вернулась в Алмерию.
