Мы со Славом двинулись со всеми вместе в обход танцевальной площадки, проходя мимо колонн, за одной из которых так удобно располагался выход, и под шумок юркнули в дверь, растворившись в толпе верных друзей, медленно продолживших плестись в сторону другого выхода, ведущего в парк.
Оказавшись в коридоре, как воры, хотели было бежать, но моё платье…
Слав подхватил меня на руки, и я, едва сдерживая смех, уткнулась ему в шею, пока он быстро сокращал расстояние до моих покоев, где стояло двое стражей.
Как там уж смотрел на них мой суженный — не знаю, но никто не поднял шум, лишь открыв кронпринцу дверь, чтобы тот удобно доставил свою принцессу внутрь.
Створки двери со щелчком закрылись.
— Наконец-то!
Слав стащил с меня платье, просто сдёрнув ткань вниз, заглушая моё возмущение поцелуями, быстро укладывая на кровать драгоценную ношу. Возмущение стало ещё большим, когда любимый оторвался от меня, чтобы раздеться самому, и так и замер, любуясь.
— Ты прекрасна, — в который раз осыпал меня он своим восхищением, разглядывая до дрожи.
— Слав… пожалуйста…
Тот поток ласк и поцелуев, обрушившийся на меня после этой тихой мольбы, поглотил все мысли, растворяя меня в неге и удовольствии, продлившейся на протяжении всей ночи. Не осталось ни одного места, ни одного сантиметра кожи, до которой бы ни коснулся Святослав, постоянно шепча всякие приятности о любви ко мне. Я была на седьмом небе от счастья, когда обещание кронпринца, посидеть на нём, осуществилось, плавно перетекая в «поскакать», «попрыгать», завершившись простым «кончить».
— Моя Эляяя… — шептал Слав, крепко прижимая к себе, когда усталость заставляла погружаться в сон, где меня встретили нежные лепестки Эльвестейна, окружившие любовью, заботой и теплом.
СвятославЧто такое счастье? Каждый отвечает на этот вопрос себе сам. Для кого-то счастье это куча золота! Для кого-то — это дети и крепкая семья. Для кого-то — это верные и проверенные товарищи, на которых можно опереться, и они тебя не предадут. Для кого-то счастье — это оказаться дома после долго пути, полного лишений, опасностей и страдания.
А для кого — то это видеть лицо любимой, лицо, озаренное светом любви. А если этого лица можно коснуться, прошептать слова нежности и услышать в ответ: «Я люблю тебя, мой дорогой, мой единственный», то это счастье становится безбрежным, как океан. Именно, как океан, то спокойный в своем умиротворении, то бушующий в водоворотах и волнах страсти.
Эта ночь не была тем первым безумием.
