Разве сможешь ты жить дальше, если будешь осознавать, что ничего не сделал, а если и сделал, то недостаточно, что бы она продолжала радоваться солнцу, чувствовать своей кожей ветер и ощущать на своих губах вкус дождя? Не сможешь. Тогда стоит ли печалиться»?
Я осторожно высвободился из объятий Эллии. Тихо оделся, укрыл её одеялом и неслышно выскользнул из комнаты. Гвардейцы стояли с каменными лицами, будто ничего не произошло. «Спасибо, ребята!» — сказала моя улыбка. «Не за что!» — ответили их глаза. Хотя выражения их лиц не изменилось ни на йоту.
Прошел в оружейную. Там облачались в доспехи Фредерик, Араторн, Ричард. Все трое посмотрели на меня вопросительно.
— Всё нормально. Она спит. — Они, ничего не говоря, кивнули. Потом помогли мне облачиться. Вместо моих изрубленных доспехов, надел новые, ничуть не хуже прежних. «Пламень» был у меня с собой. Я с ним никогда не расставался, даже когда принимал ванну, он лежал рядом. И когда ходил в одних льняных штанах, он висел у меня на ремне через плечо.
Одевались молча. Особенно грустен был Принц. Ему впервые приходилось расстаться с Ёрикой. Но он не жаловался. Всё понимал. Ёрика оставалась с принцессой.
Перед тем как выйти из здания на площадь, решил ещё раз поглядеть на жену. Прошел к её покоям. Гвардейцы открыли дверь. Стараясь меньше греметь железом, подошёл к кровати. Эля продолжала безмятежно спать, улыбаясь во сне. Шлем был у меня в руке. Положил его на пол. Наклонился над спящей принцессой и поцеловал её нежно в губы, едва их касаясь.
Она открыла глаза. Какое-то время в них ещё была нега сна, воспоминания ночи. Но вот они прояснились, расширились. В её зрачках заплескалась тревога и страдание.
— Слав?!
— Время вышло, любимая. Войска готовы к выходу. Ждут только меня. Я зашел ещё раз посмотреть на тебя, сердце моё.
Она резко села, обхватила меня за шею руками.
— Нет, Слав. Я не хочу отпускать тебя! Я хочу всегда быть рядом с тобой! Прошу, не уходи.
Целуя её в макушку, в её кудряшки, проговорил:
— Элечка.
Я тоже хочу быть всегда рядом с тобой. Видеть тебя, чувствовать тебя, вдыхать твой запах и сходить от него с ума. Но есть долг перед тобой, и есть любовь к тебе. Именно поэтому, я должен идти. Нужно всё закончить.
— Я боюсь, что никогда тебя больше не увижу. Если тебя не станет, я тоже шагну за грань. Я не смогу без тебя! — Она отстранилась и посмотрела мне в глаза.
— А вот этого, Эля делать не нужно! Иначе все зря.
