Я вижу, что это действительно важно. С начала так с начала. Ты ведь знаешь, что Толя, Софа и Андрей ещё со школьной скамьи вместе. Мы с твоим отцом познакомились, когда я училась в университете. И с его друзьями — тоже. Позже я узнала, что Софа была безответно влюблена в твоего отца, — челюсть моя отвисает до самого пола. Быть не может! — А Толя в неё. Так продолжалось некоторое время, пока наши отношения с Андреем не стали прочнее и он не позвал меня замуж. Позже я доучилась. Устроилась на работу. Андрей и Толя начали общий бизнес, потом разбежались.
Основная часть мне и так известна. Хочется поскорее услышать дальнейшее повествование.
— С друзьями отца мы продолжали общаться и дальше. Случаи из прошлого, негатив и конкуренция забылись, так же как и чувства Софии к моему мужу. Ревности не было. В Андрее я была уверена. У нас, кстати, были довольно крепкие отношения. Хорошие. Так я считала до тех пор, пока не узнала, что моя подруга и супруг тайно встречаются. А ещё… об этом стало известно Софии, но она благоразумно делала вид, что ей ни о чем не известно.
— И как ты могла это простить? Это же предательство! Никогда тебя не пойму.
— А я и не хотела прощать. Я молча собрала вещи, взяла тебя за руку, и мы уехали к бабушке. Развод был моим единственным желанием. Андрея я любила безмерно… тяжело было, — родные глаза наполняются слезами. Но мама не позволяет им пролиться. — И через какое-то время… Демид, я вернулась к отцу. Он стоял на коленях, схватившись за голову, обещая, что такого больше никогда не случится.
Говорил, что ненавидит себя за содеянное и больше никогда меня не предаст и не отпустит. Что раскаивается, что не может без нас и тебя очень любит, не готов так жить. Вдали от любимой женщины и сына. Много ещё чего говорил. Я сначала слушать не хотела, а потом…
— Да ему плевать на меня было. Он всегда свои интересы выше моих ставил.
Это сейчас последнее, что меня должно интересовать, но фраза сама соскользнула с языка.
— Нет, сын, ты не прав. Все, что он делал, только для тебя и для меня было.
Где-то он перегибал палку, согласна, и я всегда ему об этом говорила. Но он любил тебя очень сильно. И меня. Он оступился, но я смогла простить. А твои интересы он всегда грудью отстаивал. Хотел, чтоб как для тебя лучше было. Он считал всегда, что ты… ты… сын, в общем, глупее, моложе. Что твои неудачи — это его вина. Думал, что все лучше знает, потому что старше и жизнь прожил. И разговор я в кабинете в тот день не слышала. Там не так все было.
