И остался, чтобы помочь с Мишкой. И «полечить» меня.
Словно со стороны я наблюдаю, как мужчина энергично моет руки, потом апельсины и лимоны. Тянется к псевдо-соковыжималке и тщательно прокручивает половинку оранжевого фрукта вокруг пресса для цитрусовых. В кухне мгновенно распространяется густой насыщенный апельсиновый аромат. Демид разливает жидкость по стаканам. Один протягивает мне, другой — Мишке.
Чувствую себя немного некомфортно в уютной розовой мягкой пижаме со смешными котиками.
— Налетай, — полосует по мне насмешливым взглядом и уточняет, — только не говори, что он не в твоём вкусе.
— Очень даже в моем. Я всегда считала, что тебе проще из ресторана заказать фреш, чем заморачиваться с мытьем фруктов. Про «выжать сок» я вообще молчу."
"— А ты не думай об этом, выпей. И иди полежи. А мы тут сами с Мишкой справимся. Да, Мишань?
Сын счастливо подтверждает мужские слова, а я пытаюсь прогнать туман из сознания. Чувствую себя отвратительно. Ужасно болит голова. Кровь бьет виски изнутри, затылок разрывается от режущего чувства.
Во всем теле слабость, особенно неприятно ноет шея и плечи. Нос распух, глаза красные. Вид у меня, конечно, малопрезентабельный.
— Ты посидишь с ним?
— Да. Я ведь уже сказал.
— Ты подхватить болезнь от меня можешь…
— Влад. Заканчивай.
Чувствую неимоверное облегчение и благодарность. Мишутку я очень люблю. Но сегодня он меня задергал: няне я объявила выходные, чтобы не заразить, а сама еле на ногах держусь. Развлечения вот уже два дня стараюсь предлагать максимально спокойные: сортеры, конструктор, книжки, мультики.
Стыдно признаться, но у меня пустой холодильник. Весь сегодняшний день Мишка на гречке, хлебе и яйцах. — Я как раз Мишутке ужин соображу. Ты сегодня в пролёте, извини.
— Не стоит, — Демид мягко пленит мою ладонь и осторожно оттесняет меня к выходу из кухни. — Ты пока отдохни, а мы не пропадём.
— Если что, зовите.
— Окей, — Демид широко мне улыбается, закрывает дверь перед моим носом и начинает о чем-то воодушевленно болтать с Мишкой.
А я медленно плетусь в гостиную.
Воспользовавшись мужским советом, без зазрения совести устраиваюсь на диване и укрываюсь мягким плюшевым покрывалом.
А потом… провал.
Утро наступило совершенно неожиданно. Сначала медленно промаргиваюсь, а потом нехотя разлепляю веки. Я лежу в спальне. Все в той же смешной пижаме. Головная боль заметно утихла. Но на ее место пришла новая: на коже чувствую тёплое дыхание, от которого мурашки торопятся распространиться по спине.
