Через минуту от наливного яблока остался крохотный черешок и пара светло-коричневых зерен, а царевич сонно заморгал, сладко зевая.
— Ой, Мить, а можно я у тебя еще немножко поси…
Не договорив, Ваня клюнул носом и стал медленно заваливаться на левый бок, но был вовремя подхвачен хозяином покоев, поднят на руки и перенесен на ложе.
— Мму?..
Стянув с небольших ступней темные атласные сапожки и развязав ему пару завязок на груди, Дмитрий отошел от брата и вновь устроился на подоконнике, слегка отстраненно наблюдая, как секущие струи теплого июльского дождя прихотливо изгибаются по воле своенравного ветра.
«Гроза — это хорошо…»
— Достойно есть воистину блажити Тя, Богородицу, Присноблаженную и Преднепорочную, и Матерь Бога нашего!
Обыкновенно мягкий и тихий голос архипастыря Московского и всея Руси Макария в дни воскресной заутрени преисполнялся какой-то особой силы и торжественности, четко доносясь до всех, кто бы ни был в Успенском соборе.
— Христос, истинный Бог наш, молитвами пречистыя Своея Матери, преподобных и богоносных отец наших и всех святых.
Сделав крохотную, почти неуловимую паузу, митрополит набрал воздуха в грудь. Как же хорошо он себя чувствовал в последнее время!..
— Помилует и спасет нас, яко Благ и Человеколюбец!!!
Без малейших усилий ведя службу, Макарий скользнул глазами вначале по Царскому месту и самому государю, затем опустил взор чуть ниже, встречаясь с внимательным взглядом сияющих небесной синевой глаз.
Из-за правого плеча наследника выглядывал царевич Иван, к его левому боку прижимался пятилетний Федор, а неподалеку время от времени ерзала на руках дюжей мамки царевна Евдокия, с явной завистью поглядывая на братьев. Она тоже хотела стоять вместе с ними!.. Меж тем архипастырь, проговаривая последние слова заключительной молитвы воскресного утреннего богослужения, не удержался и глянул на крестильную купель, полную водой едва ли не вровень с краями.
— Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, молитв ради Пречистыя Твоея Матере, преподобных и богоносных отец наших и всех святых, спаси мя, грешнаго!
Последнее время так уж повелось, что благословленный Вседержителем отрок в каждое свое посещение собора подходил к купели и творил над нею краткую молитву.
Затем он уходил, а воду — воистину обладающую благодатью Его! — принимали прихожане, на глазах светлея ликами и сбрасывая накопившуюся усталость, а также и хвори телесные.
